Илья увидел, как девушка исподтишка бросает в его сторону косой взгляд: не то смущённый, не то обвиняющий. Он мысленно застонал:
— Так, всё. Хватит геройствовать в молчании.
Он протянул руку, собираясь ущипнуть её за бок — чисто чтобы выдавала хоть какой-то звук. Но ладонь сорвалась, скользнула ниже и…
Прямо. На… грудь.
— Ах! — звук вырвался у неё чистый, звонкий, как если бы её ткнули током. Она вся дрогнула, потом медленно повернула голову к нему.
Взгляд. Убийственный. Красные глаза полыхают: "Ты как смеешь, мерзавец?!"
Илья на мгновение подумал, что она сейчас действительно его укусит. За горло.
Но — сработало. Снаружи все трое замерли, потом один произнёс:
— Видал? Я говорил — там баба.
— Последний звук громкий, ага.
— Не-е, это удивление было. Может, они там местами поменялись…
Илья понял только одно: Ну всё, теперь точно нельзя останавливаться.
— Давайте ещё чуть-чуть послушаем, ну ещё совсем капельку…
Илья Синицын у себя в голове выдал такую простыню проклятий, что любой Чёрт бы покраснел.
— Эй, два престарелых любителя подглядывать! Вы сюда вроде как расследовать пришли, а не устраиваться в партер на живой концерт!
Но выбирать ему не приходилось. Приходилось работать дальше — как есть, в условиях повышенной идиотии.
Последний щипок удался, так что Илья решил добавить спецэффектов. Навёлся аккурат ей в бок…
Но девушка уже была как натянутая струна. Едва заметила движение — и тут же впилась пальцами ему в запястье. Пальцы горячие, как будто она только что держала кружку с кипятком. Подняла взгляд — в глазах пламя, будто спрашивает:
"Ну? Осмелишься ещё раз дернуться, герой?"
Илья только открыл рот, чтобы решить, жить ему дальше или умирать прямо сейчас, как за дверью снова зашушукались эти два "сыщика":
— Может, пойдём всё-таки поищем?
— Да что тут искать, тут же помойка. Но вот представление — другое дело!
Потом они, явно ради эффекта, заорали так, что по комнате будто стылый ветерок прошёл:
— Ищите внимательно! Зайдите внутрь, осмотритесь!
— Эй, а чего это у них свет в спальне горит? Пошли смотреть!
Два комплекта сапог бодро затопали всё ближе.
Илья вскипел: «Совсем уже совесть потеряли?! Не нашли ничего — так гуляйте лесом! На кой чёрт вам тут радоваться?!»
Но, услыхав их топот, он понял: выбора нет. Убрал руку, прижалcя к девушке почти всей площадью тела, натянул одеяло выше, закрыв всё, что только можно, оставив поверх только плечи да пару рук, словно случайно торчащие из кокона.
Девушка тоже наконец поняла, что альтернативы нет, — скрипнула зубами, закатила глаза, но всё равно обвила его шею руками. Лёгкие, тёплые, неохотные.
Щёлк. Дверь спальни влетела внутрь — её пинком раскрыли шире, чем надо.
— Ах! — пискнула девушка, так натурально, что Илья сам чуть не поверил. Подтянула одеяло до самого лба, оставив только кудрявую тёмную макушку и две огромные наивные красные глаза, как у перепуганной белки.
Илья подумал: «А, так вот теперь ты умеешь играть на публику? А где ты раньше была, когда мне приходилось выдавать цирк в одиночку?»
Но сопли размазывать было некогда. Он нырнул под одеяло обратно, делая вид, что торопливо натягивает штаны, и выскочил наружу полураздражённым, полурасстрелянным:
— Ты… Кто ты вообще такой?! Что ты забыл у меня дома, чёрт побери?!
Двое в чёрной форме спецназа оглядели комнату. Разочарование у них на лицах было такое, словно они пришли на ярмарку шашлыков, а там продавали только капусту. Тем не менее, ответили дежурно:
— Поступила информация о подозрительном человеке, проникшем на улицу Белоярская. Мы кричали во дворе, ответа не получили, решили проверить.
— Ага, кричали… Сами были заняты, уши развесив, слушали! — Илья кипел.
— Подозрительный?! Да вы… да вы охренели, что ли?! Ордер есть? Нет? Тогда я на вас заявлю, вот честно! — наорал он.
— Сэр, пожалуйста, успокойтесь. Мы следуем протоколу. Не могли бы вы показать удостоверение личности?
Илья ждал этого момента. Схватил кошелёк со стола, запустил им в них:
— Думаете, я подозрительный? Так вот — откройте глаза пошире и посмотрите, кто перед вами стоит!
Те раскрыли кошелёк, пролистали — и лица у обоих вытянулись. Рядом с удостоверением лежало свидетельство синего пояса Торговой гильдии Белоярской.
Один мгновенно подобрался, вытянулся по струнке:
— Ах! Синий пояс Торговой гильдии! Простите, простите нас. Мы погорячились. Просто… ну… а почему вы остановились именно в таком… эээ…