— Э — э… меня, правда, накрыла Электромагнитная Игла, Разрывающая Душу…
Илья не смягчился ни на грамм.
— Ну и что?
Девушка почувствовала, как внутри всё заискрило от злости. Этот тип прекрасно знал, что она ранена — а теперь просто дожимал её, как настоящий мастер пассивной жестокости. Но выбора у неё не было. Она глубоко вдохнула — воздух в комнате был сухой, пах чем-то металлическим — и выдала более приличным голосом:
— Ладно. Извини. Я была… слишком осторожной. Спасибо, что помог избавиться от спецназа безопасности. Моя левая нога полностью онемела от этой иглы. Не мог бы ты одолжить мне ремонтник?
Только тогда Илья неспешно вернулся в комнату, шаги его мягко шуршали по полу.
— Вот это уже похоже на честность. Тогда давай обсудим цену.
Девушка моргнула.
— Какую ещё цену?
— Ты притворяешься? То, что уже сделал, — услуга. Ты мне за неё должна. Но с чего мне позволять тебе бесплатно пользоваться прибором?
У девушки внутри что-то тихо хрустнуло — то ли нервы, то ли остатки терпения.
— Ты… ты же меня только что обыскал. Ты же видел, что у меня нет московских гривен. Завтра уйду — мой связной принесёт тебе деньги. Подойдёт?
— Пустым обещаниям давно не верю. И к тому же… — Илья покосился на её ногу, — даже с одной полудохлой ногой ты спецназу не по зубам. Если дам тебе возможность жить без боли — какое у меня будет влияние?
— Тогда что тебе нужно?
— Хотя бы депозит.
Он почесал подбородок, глядя на неё так, словно рассматривал товар на витрине. Девушка мгновенно дёрнулась, ладонь метнулась к бомбе на поясе.
— Что ты задумал?!
Илья хмыкнул.
— Не надо меня пугать этой штукой. Я знаю, что она настоящая. Но также знаю, что ты её не взорвёшь. Судя по электромагнитным иглам, по тому, как тебя вылавливали, — компания тебя хочет живой. Бомба у тебя просто как крайняя мера. Чтобы, если что, стукнуть по компании своим самоубийством.
Он чуть наклонил голову, лукаво сощурившись.
— Но меня твоей жизнью не напугаешь. Пока не выдам тебя обратно компании, что бы с тобой ни сделал — ты кнопку не нажмёшь.
В глазах девушки мелькнула чистая паника — холодная, как вода из подвала. Потому что он не просто угадал — он всё вывернул наружу. И говорил так спокойно, что мурашки побежали по спине.
Она уже собиралась рвануться к двери или хотя бы притвориться, что рванулась, когда Илья внезапно сменил тему, как будто переключил радио:
— Ты случайно не знаешь каких-нибудь методов выращивания растений?
Девушка подвисла так, что тишина даже зазвенела.
— Э-э… вроде знаю. А тебе зачем?
— Покажешь хоть один — получишь ремонтник.
Она моргнула ещё раз.
— И всё?
— Угу.
Она смотрела на него как на человека, который попросил обменять свою квартиру на два яблока и гайку.
— Зачем тебе это?
— Учиться.
Девушка покосилась на него с лёгкой жалостью — похоже, парень вообще не дружил с современной культурой.
— Без соответствующих модулей совершенствования, набора энергоканалов или установленного программного обеспечения по техникам, ты ничего не сможешь выучить просто наблюдая.
Если бы у него это всё было, ему бы точно не понадобилось учиться у неё.
Но Илья лишь махнул рукой:
— Давай упростим.
Илья Синицын лениво покачал в руке "Восстановитель сенсорики", и красноглазая девушка сглотнула так громко, что в комнате даже воздух дрогнул. Хотела она, конечно, гордо бросить ему: "Оставь себе, бесполезная игрушка!", — но желание почувствовать свою ногу пересиливало гордость, совесть и всё остальное. Пришлось сгибаться под обстоятельствами.
"Ладно, — мрачно решила она. — Покажу ему хоть что — то, чтобы наконец понял, что мои руки — не просто для красоты, и держался подальше со своими дурацкими домыслами".
Но шуметь было нельзя — патрули где-то бродили по Белоярской, звенели своими ботинками, как жестянки, и повторного визита ей точно не хотелось. Да и левая нога всё ещё висела мёртвым грузом, словно кто-то заменил её на холодную доску. Так что она выбрала приём, в котором работали только руки.
Она села ровнее, ладони её плавно взошли вверх, дыхание стало тихим, как ночной ветер под крышей. Комната пахла пылью, тёплой древесиной и чем-то слегка горелым — возможно, проводка где-то на стене уже давно просила пощады.
А Илья тем временем активировал своё "Божественное восприятие" с функцией "Распознавание Дзюпосле" — глаза у него слегка подёрнулись золотистым блеском, будто он включил внутренний фонарик.
Девушка вытянула руки перед собой — одна над другой, ладони напряжены, как две тонкие ловушки. Между пальцами дрогнуло слабое чёрно-белое сияние, словно кто-то зажёг маленький фонарик из росы и угля.