Вот так Жека и просидел в директорском кабинете до тех пор, пока Вика не отперла его своим ключом.
- Так ты голодный? - воскликнула Вика. - Целый день ничего не ел?!
- Я пакетики с орешками и чипсами в баре нашел…
- Давайте закажем еду из ресторана?
Идея понравилась, и все увлеклись ее воплощением: искали телефоны ближайших ресторанов, обсуждали блюда. Под шумок Алексей вышел из кабинета и, убедившись, что его никто не слышит, набрал Серегу.
- Кажется, я придумал!
- Не сказать, чтоб очень скоро, - буркнул Серега. - Жрать хоцца, и малышка ждет.
Несгибаемый холостяк, Серега свою личную жизнь, сердечную и сексуальную, реализовывал в смене «малышек» - так он называл любую свою новую пассию. Что удобно: в именах не запутаешься.
- Ну, так ты чего придумал?
- Говоришь, у тебя доказательств нет?
- Ну. Я ж тебе сказал: все твои умозаключения разделяю, изъяна нет. Но их ведь в дело не положишь!
- А как тебе чистосердечное признание? Пойдет?
- Не томи, Кис. Сам знаешь, что пойдет. Чего удумал?
- А вот чего, - понизил голос Алексей. - Ты Леню уже взял?
- «Взял!» Взять-то я его взял, да тот же портрет: доказательств нет!
- Тогда давай сделаем так…
Он перешел почти на шепот, и Григорий, навостривший в дверном проеме кабинета уши, не сумел больше расслышать ни одного слова.
«Переменка» закончилась с доставкой еды. Сотников, бдительно следивший черным глазом за детективом, видел, как тот, удалившись, звонил еще куда-то. Оставалось только гадать, что еще придумал Кис. Но Григорий определенно понял: их еще ждут сегодня открытия!
…Он не сразу заинтересовался Кисановым. Во-первых, в центре событий находилась Вика и все его внимание было сосредоточено на ней. Во-вторых, поначалу Кисанов показался ему довольно рядовым, неколоритным: это вам не комиссар Мегрэ со своей трубкой и не Эркюль Пуаро со знаменитыми усами.
Но что-то потихоньку откладывалось в его восприятии, собиралось в конкретный и даже захватывающий образ. И мягкий, умный взгляд светло-карих, с зеленоватым оттенком глаз; и непокорная шевелюра с легкой проседью; и неброская сила тренированного тела; и абсолютное отсутствие самоподачи (пальцами не крутит, как нынче говорят); и безостановочная работа интеллекта (благодаря которой Вика сейчас здесь, рядом!); и несомненная тактичность… которая сочеталась с определенной жесткостью, давая тем самым редкий ракурс…
Григорий уже предвкушал, как напишет его портрет, - потом, когда все будет закончено.
Но все пока отнюдь не было закончено, он учуял, что детектив готовит им весьма любопытную развязку.
И он не ошибся.
Отдав должное пище телесной, компашка вновь взалкала пищи интеллектуальной.
- Теперь ваша очередь, Алексей! - оповестила Вика. - Как вы догадались и о чем догадались, раз сумели выручить меня? Как добыли затребованный компромат? И где сейчас Брежнев?
Кис в ответ загадочно улыбнулся:
- У меня есть к вам маленькое предложение: давайте поиграем в игру! И вы все увидите своими глазами!
- Давайте, - первым откликнулся Григорий. Он так и знал!
- Давайте! - азартно воскликнула Вика.
- Давайте… - с меньшим энтузиазмом отозвался Жека.
Немудрено: его нервишки сегодня изрядно потрепали, ему бы очухаться, поспать… Викины-то нервишки потрепали куда больше за последние двадцать четыре часа, но Алексей уже имел неоднократную возможность убедиться в том, что женская нервная система, несмотря на ее кажущуюся хрупкость, на самом деле куда стойче мужской. Но ничего, пусть парень закаляется!
- Ну что ж, коль скоро все согласны… то игра будет выглядеть следующим образом: для начала нам потребуется Викин труп…
- Что-о-о?! - вознегодовала Вика.
- Ненастоящий, разумеется!
Но Алексей вдруг засомневался в сценарии. Крепкие женские нервы - тут надобно уточнение: они крепки в итоге. То есть когда все закончено, все расставлено по своим местам, на каждого участника присобачена бирочка: такой-то и такой-то. Тут, после всех выкладок, после раздачи характеристик, женские нервы действительно дают большую фору.
Но в процессе? Когда еще нет бирочек? Когда еще ум не совладал с информацией, не расставил ее по полочкам? Э-э-э, тут-то женское восприятие ненадежно. Эмоции могут перехлестнуть и испортить всю картину. А Кису нужно, чтобы труп до конца исполнил свою роль, а не вскочил, как ужаленный, посреди спектакля!
Он с сомнением посмотрел на Вику. Можно ли ей доверить подобную роль? Но, с другой стороны, имелся ли у него выбор?
Нет, не имелся. Придется сейчас рискнуть и доверить ей сценическую задачу…
Алексей уж было раскрыл рот, как вдруг его осенила новая идея.