Марта уверенно тащила Соню вниз, в подвал, к алтарю...
- Марта, ты уверена?
- На-да!
Соня посмотрела на часы.
Ладно, в это время там должен быть Евгений, если что, она просто извинится... нет, войдя в зал, Соня поняла, что легко и быстро не получится.
Марина явно рожала. Лежала рядом с алтарем, орала, будто ее режут, Евгений держался одной рукой за ее ладонь, второй за алтарь, и по лицу мужчины было видно, что все это ему дается очень нелегко.
Партнерские роды в любом мире сложная штука.
Соня замешкалась, но Марта сомнениями не страдала.
- Нада!
И дотронулась до алтаря.
Тот перестал вспыхивать, как сигнальная азбука Морзе, и принялся пульсировать более-менее в спокойном ритме. Соня на секунду замешкалась, а потом коснулась руки Евгения.
- Я рядом...
Голубые глаза были полны благодарности.
Соня плюнула на все, и обняла его, просто прижалась, чтобы было легче. Евгений благодарно спрятал лицо у нее в волосах.
- Люблю...
- Вы тут еще сношаться начните! - Марине явно стало лучше. Евгений даже голову в ее сторону не повернул, зато лекарь тут же задрал Марине юбку.
- Тужься! Давай, долго этот эффект не продержится!
- Я...
- НУ!!!
Соня тоже не горела желанием присутствовать при родах. Так что и она уткнулась Евгению в грудь, не глядя на происходящее. И воплей-то одних хватало... может кесарево и не так плохо? Легла, уснула, проснулась - и уже мама?
Сколько это тянулось?
Соня не знала, знала только, что к ней прижалась Марта, и она одной рукой по-прежнему обнимала Евгения, а второй притянула дочку к себе.
И вот - детский крик.
Яростный, возмущенный...
Евгений поцеловал Соню в макушку - и отцепился от алтаря.
- Спасибо, родная...
Соня посмотрела вокруг.
Марина, усталая, лежала на полу, неподалеку от алтаря, на каком-то покрывале, а в руках у лекаря громко верещал маленький красный комочек.
- Девочка, литт Отт.
- Свидетельствую. Признаю тебя моей дочкой и нарекаю Верой!
Соня охнула.
Вера - так звали ее бабушку.
Когда-то Соня хотела так назвать свою дочку, но... Марте слишком подходило ее имя.
Кажется, Марине что-то не понравилось, но Евгения это не сильно волновало.
- Вера Отт, отныне и навеки, при свидетелях, да будет так!
Капля крови падает на алтарь - и тот светится уютным голубоватым светом. Теплым и ласковым.
- Сес-тичка?
Марта смотрела с интересом, она даже не понимала, что надо бояться.
- Да, сестричка, - согласился Евгений.
Марина, кажется, хотела что-то сказать, но умный лекарь сунул ей в рот ложку со снадобьем. Иногда лучше пить, чем говорить.
Евгений передал Верочку нянькам, и подхватил Марту на руки.
- Девочки, пойдемте? Мне надо отдохнуть...
Девочки не возражали.
***
В спальне Евгений упал на кровать, не выпуская из рук Марту. Та радостно заверещала, и уселась папе чуть не на голову.
- Марта!
Соня возмутилась, стащила обнаглевшего рыбеныша, а Евгению налила чего-то прохладительного из графина.
- Выпей.
- Спасибо... чуть не помер сегодня! Как же это тяжело!
- Так... всегда? - аккуратно поинтересовалась Соня. Евгений поставил стакан, и протянул руки.
- Иди ко мне? Просто полежим вместе...
- Папа! - Марта колебаться не стала, падая чуть не на голову Евгению, Соня махнула рукой - и тоже улеглась на кровать.
- Не всегда, - Евгений не стал врать. - Я не знал, просветили. Дед отличился, подхватил проклятье, а у меня теперь проблемы. Могла и малышка погибнуть, и Марина.
- Почему?
- Бабка деда возненавидела, прокляла и его, и весь его род, а когда проклятье накладывает родная кровь... она, правда, в запале кричала, что мы любить не умеем, только все себе грести.
- Неправда!
- Это БЫЛО чистой правдой. Мой отец любить не умел, моя мать, кстати, тоже, вот они и не страдали. Я вас обеих полюбил, и тебя, и Марту. И потому смог стабилизировать алтарь. Еще и Марта помогла. Она меня любит, и я ее люблю, как родную. Магия это учла.
- И ты все равно хочешь ее удочерить?
- Соня, я понимаю, что тебе будет здесь сложно. Я не стану на тебя давить, я не хочу повторить за дедом его путь. Не потому, что боюсь проклятья, а потому, что вижу стену, в которую он уперся. Можно сломать человека, но рано или поздно тебя тоже погребет под обломками. А я... я не хочу тебя ломать. Я хочу, чтобы у нас все было хорошо.
- Я тоже, - Соня решилась, и погладила Евгения по щеке. - И... я тебя тоже люблю.
- Правда?
- Правда. Может, я дура, но я хочу тебе верить.
Евгений медленно поднес к губам руку Сони.
- Обещаю, ты никогда не пожалеешь о том, что мне поверила.
И Соня прикрыла глаза.