Тот и взял инициативу в свои руки, едва разглядев заявившегося в общий зал барыгу. Знаю, что ещё ничего не доказано, но видели бы вы его рожу! Мне лично одного взгляда хватило, чтобы уткнуться в пустую тарелку. Иначе, боюсь, не сдержал бы злорадной ухмылки.
— Господин, э-э-э, Сугивара? — осведомился Лоськов, убедившись, что кроме нас двоих описанию, полученному в приглашении, никто из присутствующих в зале не соответствует.
Ладно хоть не от входа, не поленился поближе подойти, переборов брезгливость.
— Он самый, э! — выдал свою самую приветливую улыбку кэп. Не спорю, жутковатую, но это дело привычки. — Капитан Сугивара Риндзи, к вашим услугам. Присаживайтесь, господин Лоськов. Или можно по имени отчеству?
— Извольте, — снизошёл тот до обеих просьб кэпа. — А вы очень неплохо владеете росским.
— Жизнь заставила, — вздохнул Рин. — Обитаю, знаете ли, в таких местах, где без вашего языка никуда. Хоть он и труден преизрядно.
— Пожалуй, вы правы, — поддакнул на ходу переобувшийся барыга. — Признаться, я не сразу поверил, что вы именно тот, о ком я думал. Это было… неожиданно, скажем так.
— Это было только логично, — снова улыбнулся кэп. — Уж если вести дела, то с лучшими.
— Но позвольте… я всего лишь скромный диспетчер.
— Полноте вам, Ефим Егорович, — барственно отмахнулся Рин. — Не скромничайте. И не принимайте на свой счёт всё вот это, — обвёл он широким жестом зал. — Вы как никто другой должны понимать, что нам с Алексом пока что по статусу не положено вести дела в более высокоуровневых заведениях. Надо заслужить. И доказать.
— Люблю прагматичный подход, — покивал Лоськов. — Так что же уважаемые господа хотят от скромного диспетчера?
— А что же это вы, дорогой Ефим Егорович, так резко к делам? — озадачился кэп.
— За вас поручились уважаемые люди, — пояснил барыга. — И особенно просили не разводить политесов и не тянуть время.
— Узнаю почерк старого друга, э! Ну раз к делу, то к делу. Нас с коллегой… кстати, вы знакомы?
— Не имел чести лично, — прищурился Лоськов, как бы впервые меня разглядев. — Но имя этого молодого человека мне хорошо известно. Ещё и поэтому меня удивил ваш выбор места для переговоров, господа. Вы с вашим статусом могли бы выбрать любое заведение в «аптауне».
— Скромность — лучшая добродетель самурая, — процитировал я кэпа, напустив на себя суровый вид. Каюсь, специально, иначе бы просто расхохотался — до того меня веселил барыга. — Да и наверняка поговорку про свой устав и чужой монастырь знаете, Ефим Егорович.
— Знаю, как же не знать, Алексей?..
— Александрович. Заварзин моя фамилия. Капитан буксира «Набат». Ну и по совместительству основной акционер и глава совета директоров Корпорации «Э(П)РОН».
— А вот сейчас вы ещё больше меня запутали, господа, — напрягся Лоськов. — Чем же я могу быть вам полезен?
— Известно чем — связями, — успокоил барыгу кэп, злобно на меня зыркнув — мол, нефиг пугать клиента. — И доступом к неким, скажем так, специфическим услугам по сопровождению грузов.
— Понимаю, — склонил голову Лоськов. — Только, боюсь, вы не совсем по адресу, господа. У меня есть… как бы помягче… э-э-э… начальство. И его пожелания в приоритете.
— Так мы и не претендуем на первоочерёдность наших задач! — развёл руками Рин. — Нам важно принципиальное согласие с вашей стороны. А уж мы под ваш график как-нибудь подстроимся. Первое время, естественно. До тех пор, как… ну, вы меня понимаете.