«Она» — это, явно, я, а эти, кто там переговаривался, те самые «охранники» из моего грота. Оёёй! Мэуня попала в переплёт! Да и чайка тоже… Я покосилась на дельфина. Он был очень сосредоточен и, видимо, не «слышал», кто что «говорит». В море каждые два тала кто-то что-то «говорит». Ладно, потом ему расскажу…
Лу всё плыл и плыл, изредка ободряюще оглядываясь на меня. Я кивала головой — всё в порядке, и мы плыли дальше.
Неожиданно он резко вильнул вниз и я от неожиданности отпустила его плавник и оказалась почти нос к носу с двумя мерзкими акулами. Они были небольшими, но красоты им это не прибавляло. Я от ужаса замерла на месте, страх просто сковал меня и они это почувствовали… По крайней мере, одна из них. Она завертела головой в поисках источника страха. Я даже дышать перестала.
— «Ты чувствуешь что-нибудь?» — (тот же голос, я его уже слышала)
— «Нет, а что?»
— "Тут кто-то есть, я чувствую… — её ноздри стали хищно раздуваться, ещё чуть чуть, и я или потеряла бы сознание от страха, или завизжала и выдала себя с головой.
В этот момент выскочил из укрытия Лу. Он-то уверен был, что я сижу за его спиной! Но понял, что я там и ринулся на защиту.
— «О, кого мы видим! Нянька, собственной персоной! Ну и где твоя недоделанная русалка?»
Дельфин ринулся на акулу с явным намерением его (а это была не акула, а акул, если можно так сказать) покусать, но я быстро уцепилась за плавник и похлопала успокаивающе по спине. Он угрюмо окинул их взглядом и «сказал»:
— «Жаль, мне некогда, а то я бы тебе показал, кто недоделанный.»
— «Мы следим за тобой, длинноносый!»
Ну и ну… А они какие? Тупоносые? Пришлось менять маршрут на ходу. Лу, то и дело оглядываясь на этих грубиянов, менял путь — то вверх, то вниз, то выпрыгивал из воды наружу, предупреждая уже меня каждый раз перед очередным фортелем. Я, честно говоря, устала жутко, а он всё резвился… Наконец, не выдержав, попросила пощады.
— «Остановись, я уже изнемогаю!»
Лу остановился.
— «Я видел неподалёку утёс. Вы сможете отдохнуть там.»
Кивнула и мы снова поплыли. Вот и подножье утёса. Дельфин всплыл так, чтобы мне легче было добраться до берега. Это оказалось самое удачное место для высадки, потому что я потом обошла островок и увидела, что везде были отвесные скалы, кроме этого. Но это было потом. А сейчас, не успев добрести до песка, я буквально рухнула и уснула…
Без названия
К сожалению, красотой местных скал полюбоваться мне не пришлось, потому что любоваться было нечем. Камни, камни… сплошные камни. Лишь кое-где торчала трава. Много соли на скалах, скелеты рыбок, раковины…
И всего одно чахлое деревце, обдуваемое со всех сторон ветрами. Пальма… Ого, на ней даже есть кокосы! Такое крепкое дерево! Я села под эту пальму (благо, ветра сейчас не было, так, лёгкий бриз), прислонилась к нему спиной и вытянула ноги. После того, как я, проснувшись, облазила этот островок вдоль и поперёк, я снова устала. Кружилась голова и была во всём теле странная слабость или, я бы сказала, вялость. Ничего не хотелось… даже если бы сейчас выскочил передо мной этот пучеглазый «жених» моей матушки, я бы даже бровью не повела.
Пока я бродила по острову, Лу отсутствовал. Вот ведь охранник достался… Где его носит? Я лениво открыла глаза и посмотрела на море. Совсем неподалёку летали какие-то птицы. Птицы, птицы… что-то меня с ними связывает… но что? Лениво перебираю события прошедшего дня, вернее, его обрывки, потому что собрать всё в одно целое не было просто сил.
Внезапно (впрочем, как всегда) выскочил Лу. Хоть я и думала, что никак не среагирую на подобное явление, но, всё же, вздрогнула и поджала ноги под себя. Он весело заверещал и… плюнул в меня чайкой! О, Энгеа, вот оно! То самое недостающее звено! Я подняла это перепуганное создание, которое пыталось меня заклевать насмерть. Выворачивая голову, она своим довольно-таки большим клювом несколько раз умудрилась меня зацепить. Несносный Лу снова уплыл. Да что же это такое! Впрочем, занявшись чайкой, я забыла о нём.
Нашла подсохшие широкие листья пальмы и, пообрывав лишнее, попыталась как-то пристроить к ним сломанное крыло. Но привязать-то нечем… Недолго думая, оборвала от края юбки (вернее, от того, что от неё осталось, увы…) приличный кусок подола и привязала к крылу оголённые веточки. Получилось неплохо. Если бы она не вертелась во все стороны, повязка была бы более крепкой. Теперь хорошо бы её накормить. Я назвала чайку Эфой. Устроив в расселине ей что-то вроде гнезда, вошла в воду и нырнула. Проплыла вдоль подводных скал в поисках рыбок почти вокруг всего утёса. Мелочь всякая проплывала, но довольно далеко, не рискнула за ними плыть из-за катастрофической усталости, тем более, что и рыбки были очень пугливые.