Порой сон все-таки требовал повиновения, но даже крохотный скрип или любое дуновение настораживали. Одна в слабо освещенной «клетке» девушка забивалась в угол и, поджав колени в груди сидела так, пока не отекали ноги, потом, борясь со страхом, аккуратно меняла положение. Порой ей мерещилось присутствие различных тел, передвигающихся по кухни, шепчущихся на ступеньках у нее над головой. В такие часы Мериан, объятая ужасом до мурашек, в тряске закрывала глаза и, замерев, ждала смерти.
Однако, первое солнце еще не успело взойти, включился свет и явились рабочие. Наконец-то, можно было выдохнуть, теперь она не одна. Но сейчас предстояло ожидать нового, ведь что будет происходить с ней днем никто кроме Владыки знать не мог.
Теарвиндан явился ближе к рассвету и первым делом поднял пленницу с кровати, вручив ей сумку с различными средствами для убранства. Поварам наказал трапезные пожелания короля на день и аналогично предыдущему дню проконтролировал начавшуюся работу. Это не заняло у него много времени. Далее он вернулся к Мериан, пытающейся разобраться с предметами, что ей дали, и сказал ей следовать за ним, в тот момент, когда заиграли королевские сирены. Лицо мастера-подкидыша обрело неожиданную гримасу смешанных чувств.
Голосили со всех щелей, звонили во все колокола, били во все барабаны. У кого были свободные доступы к балконам и окнам заняли свои почетные места. Работа остановилась. Айнары замерли в ожидании. К крепости из-за густых лесов приближалась, гудя в рог, крупная конная эскадрилья. Они шумно и ловко миновали горный подъем и теперь неслись со всей мощью к Главным вратам. Стук копыт, громкие крики и гул военных музыкальных инструментов заполонили весь Дворец и округу. Главный всадник остановил резвого коня у врат, его примеру последовала армия. Военачальник спешился: ступил ногами о песок и снял шлем…
Эланадаур резко поднялся с трона…
Эльдар упрямо шел вперед, нахмурив брови и не обращая ни малейшего внимания на радостные возгласы толпы. Исцарапанные сапоги звучали о белый камень грозными и сердитыми ударами, а выражение лица пылало мраком долгих лет в битвах. Казалось, это молодой парень, но все в его поведении, начиная от походки заканчивая таинственной неголословностью, просило прибавить ему возраста. Но годы его выдало горячее голодное страстное желанию в глазах, когда к нему подошла прекрасная юная служанка и предложила отведать кубок отборного горного вина.
- Ваше Высочество, - начал глава стражи, до того, как его перебили:
- Он даже не соизволил спуститься к гарнизону и встретить после стольких лет! – Эльдар, пройдя Главные врата, на ходу отдал чашу первому попавшемуся, - Для него Нижний зал место прислуги, не его Боже уровня?!
- Нет, что Вы?! – замялся первый, - Он ждет Вас, сию секунду!
- Ждет?! – голубые глаза передавали холодный скептицизм с тусклой меланхолией, вглядываясь в глубокие безликие вершины Дворца.
В Эренджере все было сплетено ветвями живых бессмертных древ. Изящному венчанию малых и плотно упругих белокурых локонов могущественной системы Меран позавидовал бы любой художник. Но было одно место где опустили законы симбиоза и создали уютный отдел, напоминающий по своей структуре полную копию элитного человеческого дома с несколькими просторными комнатами, большой гостиной, баней, сауной, санузлом, баром и широким смежным кабинетом-балконом, свисающим высоко над центральными вратами. По середине зала лежал большой овальный вышитый ковер, привезенный с захваченных людских земель. Вокруг ковра изящно располагались десятки кружевных подушек. На каменных стенах, укутавшихся в узоры звездных очертаний, рисовались развешенные картины. Чувствовалась легкая творческая рука. Но от прекрасных искусных полотен, казалось, веяло драматичностью, будто радостные пейзажи написаны не красками, а слезами творца. Стояли на дыбах статуи гордых гнедых коней с отточенными до блеска гранями. Кровать избранная дорогими покрывалами в сочетании подвешенных над ней ласковых снежинок, выбитых мастерами из самоцветов, каждый час выжидала своего покровителя, чтобы подарить ему сладкий детский сон и сколько отдыхающему не было бы лет, окунуть его в забытое, но такое согревающее волшебство грез. Эта необычная для айнара квартира очень хорошо подчеркивала значимость смертной жизни для его хозяина и ценность каждого отпущенного часа.