– Ну вот и всё! Пока яд не подействовал, у тебя есть десять минут, чтобы вспомнить! – Рей аккуратно с помощью крышки забрала паука обратно в банку, – Суми Сейкима! Не делай вид, что ты не помнишь, кто это!
– Такое знакомое имя… – Имаймаши в силу возраста и действующего яда каракурта мог думать с трудом, – У меня так болит голова…
– Может это освежит твою память? – Рей достала из своего кошелька фотографию, на которой была изображена постаревшая Суми Сейкима в возрасте около пятидесяти лет.
– Кажется… я вспоминаю… – Имаймаши понял, что не просто так нос женщины, стоявшей перед ним, показался ему знакомым, – Ты так похожа на свою мать, Рей…
– Что… – Рей была взбудоражена тем, что старик знал её имя, ведь считала, что отцу никогда не было до неё дела, - Откуда ты знаешь…
Фотография Суми пробудила в Имаймаши давние воспоминания из его прошлого. Он вспомнил тот разговор со своей возлюбленной, когда она подняла тему о том, чтобы завести ребенка. Они вдвоем вновь сидели на дорогом диване с кожаной обивкой в доме Имаймаши. Суми положила голову на плечо музыканта в отставке, дожидаясь от него ответа на вопрос о том, какое имя бы он выбрал для их ребенка.
– Как насчет «Рей»? – размышлял Имаймаши, поглаживая девушку по волосам, – Хорошее имя, которое подойдет ребенку, независимо от его пола.
– Мне нравится, – Суми вдруг недвусмысленно посмотрела на свой живот, – Думаю, месяцев через девять, малыш будет рад, что его папа выбрал ему такое замечательное имя!
– Чего? Что ты имеешь ввиду? – Имаймаши понял, к чему клонит девушка, но не сразу поверил в это.
– Я беременна, Имаймаши! – Суми улыбнулась и набросилась на возлюбленного, осыпая его бесчисленными поцелуями.
Удивительно, что история повернулась именно так. Тридцать три года спустя, родная дочь безумно жаждала убить своего отца, прикованного цепями к ржавой трубе в какой-то грязной подсобке. Тем не менее, Рей не ожидала, что старик вообще догадается, о том, что она его ребенок, ведь он бросил её мать. Но все же, это не потушило невероятный огонь пылающей ненависти женщины к своему отцу.
– Я знаю твое имя, ведь это я придумал его вместе с твоей мамой, – Имаймаши вдруг почувствовал ужасную тяжесть на душе, это было намного тяжелее боли, которую он испытывал от действия яда, текущего по его венам, – Она была любовью всей моей жизни… Скажи мне, как там Суми?
– Она мертва, ублюдок! – беспечность старика ещё больше разозлила женщину, она едва не раздавила банку с пауком, сильно сжимая её в правой руке, – Хватит притворяться! Я знаю, что ты её убил!
– Да как я мог это сделать? – от пронизывающей боли Имаймаши едва мог пошевелиться, – Я не видел Суми тридцать три года!
– Не смей мне лгать, мразь! – Рей со всей силы бросила банку с пауком прямо в лицо старика, сосуд разбился, а каракурт, упав на пол, сбежал куда-то в темноту.
– Зачем мне лгать тебе, Рей? – стряхнув с лица осколки, Имаймаши взглянул на красную крышку, упавшую у его ног, – Если мне и так конец, то я бы не стал уносить в могилу какие-то секреты.
– Как это низко! Ты просто отвратителен! – Рей была вне себя от того, что старик не хочет признавать свою вину, поэтому она вновь ударила его по лицу правой рукой, – Я знаю правду! Знаю, что ты приносил наркотики для моей матери сюда, в эту больницу! Разве ты не знал, что они и убили её?!
– Наркотики? О чем ты? Я ведь… – женщина не дала отцу договорить, вновь ударив его по лицу.
– Я больше не хочу ничего слышать, Имаймаши Кирюкито! – взмахнув рукой в перчатке, словно фокусник, Рей вытянула на ладони маленького желтого осьминога с синими кольцами, – Раз тебе не хватает смелости признаться в содеянном, то я ускорю твою смерть!
Женщина бросила осьминога прямо в лицо Имаймаши. Моллюск перевернулся в полете и прицепился прямо к щеке старика своими присосками на щупальцах. Имаймаши почувствовал, как осьминог вцепился в его щеку своим клювом, однако, укус был достаточно слабым, в отличие от укуса паука.
– Вот и всё, ублюдок! Тебе осталось совсем недолго! – поскольку Рей была биологом, она прекрасно разбиралась в свойствах большинства животных, – Яд синекольчатого осьминога содержит в себе тетродотоксин, имеющий сильное нервнопаралитическое воздействие! Через пару минут твое тело онемеет, что приведет к остановке дыхания, а затем и к остановке сердца!
– Что ж, раз так, я приму свою смерть, – Имаймаши уже смирился со своей судьбой, зная о том, что его возлюбленной больше нет, – Может быть, я наконец-то увижусь с Суми…