Но, я почти уверена, что магия есть у моего ночного гостя!
Инквизитор щелкает пальцами, и в воздухе над нашими головами вспыхивает шар мутного, фиолетового света, освещая узкий проход.
Я иду впереди, чувствуя его дыхание на затылке и стараясь не думать, как близко он находится. Запах пыли и плесени смешивается с его приторными духами и старческим душком, вызывая тошноту.
Проход оказывается коротким. Мы делаем не больше тридцати шагов, когда он снова касается стены. Ещё один беззвучный скрежет, и часть стены отъезжает в сторону, выводит нас обратно в коридор.
Валериус останавливается у массивной дубовой двери, украшенной резьбой, толкает её.
Мы входим в комнату, ещё более роскошную, чем моя.
Рассматриваю бархатные диваны и шёлковые подушки. Вдыхаю воздух, густой от запаха духов и женского присутствия.
На диване сидят две молодые девушки в ленивых томных позах. Обе невероятно красивы, с изящными причёсками и в дорогих шёлковых халатах. Сразу понятно, что под халатами ничего нет. Полы запахнуты и завязаны на пояс, но половинки грудей торчат в вырезах. Пояс плохо держит.
Слава богам, в моей комнате нашлось это платье, а не такой халат!
Лица красоток покрыты толстым слоем белил, а глаза густо подведены чёрным, что делает их похожими на фарфоровых кукол с хищным прищуром.
Непозволительно вламываться в комнату к девушкам в таком виде.
Хотя, они не кажутся смущенными.
При виде Валериуса они оживляются, их лица расцветают заискивающими улыбками.
Но я успеваю поймать взгляды девиц, брошенные на меня: холодные, оценивающие, полные ядовитой ревности? Как раз, когда инквизитор не видит, их маски слетают на мгновение передо мной, и я понимаю, что вошла в змеиное гнездо.
Я замечаю ещё одну деталь. Сквозь толстый слой пудры на щеке одной из них мне чудится желтоватый оттенок. Замазанный синяк?
— Мои пташки, — воркует Валериус. — У нас гостья.
Девушки натянуто, но услужливо улыбаются и мне.
Валериус делает им знак рукой, чтобы поднялись с дивана.
— Раздевайтесь, мои милые, — командует инквизитор.
И обе девушки, не смущаясь, сбрасывают с себя халаты. Просто, как будто это самое обычное дело.
Я застываю в оцепенении, не зная, куда деть глаза.
Они стоят перед нами абсолютно голые, их тела совершенны, движения плавные, но слишком… откровенно соблазнительные что ли.
— Повернись, Вивьен, — приказывает он одной из них.
Девушка нехотя, с лёгкой гримасой, выполняет приказ.
Тогда я вижу на её спине, на нежной коже у лопаток — тёмные, уродливые пятна. Синяки. И ссадины, похожие на глубокие царапины, уже заживающие.
А у второй девушки синие пятна на внутренней стороне бёдер. Она сжимает их плотнее, пряча от меня.
— Вот, — говорит Валериус, и его голос полон праведного гнева. — Смотри, что эти варвары сотворили с бедными девочками.
Девушки тут же вживаются в роль.
Они обхватывают себя руками, дрожат, жалуются на то, как их схватили у самой Завесы, когда они, несчастные, искали там облегчения от приступов Жгучей Хвори.
Они тоже больны!
Их игра неубедительна, слишком театральна. Но следы побоев на их телах…
И слова о Завесе, об их болезни бьют в самое сердце. Ведь Алия тоже пряталась там. Искала спасения.
— Но… но никто из людей не знает, что орки проникают в наш мир! — возражаю я.
— Кто нужно, тот знает, — отрезает Валериус. — Незачем сеять панику среди простого люда.
— Вы их поймали? Орков? — спрашиваю я, и в груди всё сжимается при мысли о сестре.
— Нет. Они успели скрыться за Завесой. Наши доблестные стражи еле отбили этих двух девушек. Их успели. — инквизитор внимательно на меня смотрит. — И твою сестру мы тоже спасём, малышка Китти. И тебя спасём. Да, маленькая?
Я смотрю на него, и меня трясёт. Он считает, что сломал меня.
— Чего ты боишься, Китти? — шепчет он. — Близость со мной заберёт твою Хворь. В этом нет ничего страшного. Правда, девочки? Скажите ей.
Вивьен и вторая девушка, как по невидимому сигналу, тут же подходят к нему, начинают тереться о него голыми телами, как кошки.
— Да, господин Валериус так добр, — мурлычет Вивьен. — Он облегчает наши страдания, забирая весь жар себе.
Я в ужасе смотрю на эту сцену. Они похожи на одурманенных из притонов, готовых на всё ради очередной дозы облегчения.
— Ты хочешь посмотреть, Китти? — его глаза загораются нездоровым блеском. — Меня это возбуждает. Я начну с Вивьен, а ты пока раздевайся. Изольда, помоги ей.