Я опускаю глаза. На моей коже, от запястья до локтя, расцвела серебристая вязь узоров — идеальное отражение той татуировки, что теперь горит на руке Китти. Моя метка. Наша метка.
— Печать Истинной… — благоговейный шепот снова шелестит по кругу.
Восторг и поздравления не имеют значения. Терпение сейчас для меня непозволительная роскошь. Я чувствую фантомный звон серебряных цепей и едва сдерживаю рык, рвущийся из груди.
— Спасибо всем за круг, — мой голос звучит хрипло и отрывисто. Слишком резко. Я поднимаюсь на ноги. Мир качается, но ярость придаёт сил. — Вы свободны.
Шаманы, шатаясь, поднимаются. Ритуал выпил их до дна. Они благодарят духов и расходятся, им нужен сон. Все разговоры отложим на потом. По моему грозному виду все понимают, что я не настроен говорить сейчас.
Остаётся только КайРан, один из сильнейших шаманов из клана Железного Когтя, равный по силе мне самому.
Мне тоже нужен отдых, но всё внутри меня воет от нетерпения.
ОНА там. Одна. С мерзким чудовищем.
Образ её испуганных глаз, когда я исчезал, вспыхивает перед внутренним взором.
Внезапный укол ледяного страха пронзает меня. И это её страх!
Это эмоциональное эхо, наша новая связь, и оно почти сводит меня с ума. Звериная орочья сущность внутри скребётся, рвётся наружу. Убить. Уничтожить. Вернуть.
Приходится приложить неимоверное усилие воли, чтобы сдержать боевую трансформацию. Клыки зудят. Заострившиеся когти впиваются в ладони, сжатые в кулаки.
Сзади к КайРану тихонечко подкрадывается ЛейРа. Его недавно обретённая истинная пара. Завидую ли я им?
Уже нет.
Там, за Завесой, меня ждёт своя. Истинная. Которую я так долго ждал.
Рука орчанки ложится шаману Железного Когтя на плечо, придавая сил. Он не оборачивается. Лишь накрывает её ладонь своей, и на мгновение мощные плечи расслабляются. Тихая гавань в бушующем море.
К ДарХану, стоящему рядом, подходит Алия.
— Я не смогла уснуть. Как прошёл ритуал?
Наш вождь, мой близкий друг, почти брат, тут же заключает её в защитный кокон своих рук, прижимая к мощной груди. Рассматриваю его сосредоточенное лицо поверх ярко-рыжей головы.
ДарХан же смотрит на меня, отражая мою тревогу, густую, как смола. Он не знает, как сказать своей истинной, что её сестра в плену у монстра в человеческом обличье.
На площади остаёмся только мы: две пары, скреплённые судьбой и я — одинокий вулкан, готовый к извержению.
Теперь и Алия смотрит на меня. С беспокойством.
Она чувствует исходящую от меня угрозу, которую я не могу скрыть. Она понимает, что что-то не так. Догадывается, что с её сестрой не всё хорошо, но боится спросить.
— Нам нужно поговорить, — говорит ДарХан, его голос — спокойный гранит. — Идём в мой дом
— Нет. — отрезаю я. Ярость делает меня неуправляемым, я не хочу идти, не хочу ждать. — Разговор. Сейчас же. Здесь. Никуда я не пойду.
Алия жмётся к ДарХану, и за одно биение сердца ураган воспоминаний проносится в моей голове.
Всего несколько дней назад духи оставили мне послание. Истинная. Моя. Ждёт. Наконец!
Окрылённый, я помчался к Завесе, и наш вождь ДарХан, мой верный друг, увязался за мной, бросив все приготовления к празднику Каменного Сердца.
Пока я, ослеплённый надеждой, осматривал границы в поисках знаков, вождь заметил пожар. Сам не понял как, но он шагнул сквозь Завесу, повинуясь инстинкту воина, и вытащил из огня хрупкую человеческую девушку. Алию.
Когда я нашёл их, я был уверен, что именно она и была послана мне судьбой. Мир орков и мир людей не пересекались уже несколько сотен лет. Сказания об истинных парах превратились в легенды. Верил один я. И ждал…
К тому же, Алия подтвердила, что видела у Завесы магический цветок, которой суждено видеть лишь истинным.
Я объявил её своей Истинной парой по воле духов… но моё сердце молчало. В нём не было того огня, о котором говорили легенды. Не сразу, но мне пришлось признать — она — не мой очаг.
Зато её магия, её пламя, неудержимо тянулось к камню нашего вождя, к силе ДарХана.
Какая жестокая насмешка духов! Мой лучший друг и моя… Истинная?
Горечь и разочарование едва не сожгли меня изнутри. Пока не выяснилось, что Алия видела совсем другой цветок. Не мой. Не тот, что предназначался мне.
И вот теперь…
Воспоминания тают, сменяясь ревущей реальностью. Алия стоит прямо передо мной, но смотрит уже не на меня, а на серебристую вязь на моей коже. Её пальцы тянутся к узору, но не решаются коснуться.
— Серебряный эдельвейс?.. — шепчет она, и её глаза расширяются от узнавания. — Я вспомнила! Вот что всё время ускользало от меня. Китти… она говорила… когда отыскала меня у Завесы… что она видела именно этот магический цветок.