— Посмотри на мои губы, — кидаю сквозь зубы, стараясь не слишком шевелить ртом. — Мы договаривались, что больше никакой крови. Ты обещал быть осторожнее. Тем более оставлять следы на лице – против правил! Как мне предлагаешь с такими губами завтра на работу идти?
— Я, честно, не хотел. Прости, Кир, — проговаривает тихо, как хищник, делая два маленьких шага навстречу. В клубе не существует наших настоящих имён. Но мы с Сетом и без того нарушили все возможные правила этого места. Аккуратно обхватывает большими пальцами мою талию справа и страстно сжимает, снова прижимаясь ко мне. — Просто с тобой моя крыша улетает к хуям.
— Не мои проблемы, что ты не можешь держать себя в руках. Это уже не в первый раз, Лёш. А ещё ты начинаешь ревновать во время игр, и меня это тоже не устраивает. А если Эдуард узнает, то больше не даст нам выходить вместе, и это в лучшем случае для тебя.
Сет подхватывает меня за талию и вжимает своим большим телом в стену. Опускается губами к шее. Горячо целует. Приходится отклонить голову вбок. Приятно, хоть и возмущена.
— Прости… прости… — невесомо целует в опухшие губы, щёки, ведёт своими губами по скуле, пока я раздумываю, сменить гнев на милость или нет. — И с чего взяла, что я ревную? С чего такие выводы, крошка?
— Это очевидно, ты злишься, когда… — отталкиваю его в грудь и прищуриваюсь. — Для чего ты пришёл? Я хочу отдохнуть, ничего не будет.
— Дай только извинюсь, — растягивает губы в улыбке змея-искусителя, поглаживая меня по бёдрам. При движении скул татуировка в виде змеи на его щеке гипнотически шевелится. — А потом сразу уйду.
— Если Эдуард узнает…
— То ничего не будет… расслабься, сладкая. Я хочу тебя.
— Нет, Лёш. Выйди!
Лёша перехватывает мои руки, вновь толкающие его в грудь, а потом с опьяневшим взглядом резко склоняется и впивается в мои губы поцелуем. Шиплю от боли, но какого-то хрена отвечаю этому гаду.
Сет отстраняется с резким выдохом и опускается передо мной на колени, закидывает мою ногу на своё плечо. Сразу прижимается ртом к моей ещё пульсирующей от недавних терзаний промежности, всасывает с жадностью, а затем прикусывает несильно клитор, сминает массивными ладонями горящие ягодицы. Среагировать сразу не успеваю, а потом… потом решаю дать ему всё-таки извиниться. Он умеет делать это качественно. А ещё, этот ласкающий язык сейчас то, что мне нужно.
Со всхлипом вцепляюсь в волосы на его макушке и, выгнувшись, в наслаждении прикрываю глаза.
Лёша, он же Сет, брюнет с льдисто-голубыми глазами, божественно красивой фигурой и лицом. Работает здесь не так давно, всего три месяца. Но уже стал всеобщим любимцем. Его любят все здешние девочки и все клиентки. Если я фиолетовая жемчужина, то он фиолетовый алмаз. Только вот на меня он не действует так, как на других. На меня вообще никто не действует. Почти никто.
Но я с ним трахаюсь. Иногда вне игр, что тоже строго запрещено правилами клуба. Я не прошу и не зову, он сам. Подлавливает, врывается в душевую, как сегодня, а я не фанатка, но почему-то позволяю ему прикасаться к себе помимо работы.
Наверное, иногда хочется ощутить себя просто девушкой, той самой двадцатипятилетней Кирой Соколовой, которая занимается сексом с простым парнем, не за деньги.
— Поехали ко мне, а? — водит он носом по моей щеке, когда я уже сижу за своим столиком и расчёсываю мокрые длинные волосы. Лёша стоит за моей спиной, опираясь руками о столик и заключая меня так в капкан, уже в джинсах и футболке, до сих пор не уходит.
Шумно вздыхаю и, отложив массажку, смотрю ему в глаза через отражение.
— Ты имеешь меня чаще, чем кто-либо. Почти в каждой игре ты со мной, и потом ещё после них мы занимаемся сексом. Тебе мало?
Он усмехается и отвечает медленно, не отрываясь от моего отражения.
— Мало. Очень мало.
— Лёш, иди. Ничего не будет.
Сета нисколько не расстраивает мой ответ. Он приближается к моему уху, прихватывает сначала мочку, провоцируя табун мурашек, и только потом хрипло произносит:
— Ты говоришь так каждый раз, но я трахаю тебя снова и снова. Хочу наконец попробовать тебя за пределами этого клуба, сладкая. Соглашайся. Тебе понравится, обещаю.
Мышцы живота невольно сводит, но я не подаю вида. Я забыла, когда у меня был секс за пределами.
Не успеваю что-то ответить, Сет отстраняется от моего лица и снова ухмыляется, посмотрев на моё отражение.