— Где твои манеры, грязнокровка? — Он грубо сжимает мою грудь. — Уверен, что с Люциусом ты так не разговариваешь. Наоборот, ты позволяешь ему делать все, что ему заблагорассудится.
— Я не понимаю, о чем вы говорите… — мои слова обрываются сильным ударом по щеке.
— Ты прекрасно знаешь, о чем я, сучка! — Шипит он.
Его рука перестает терзать мою грудь, опуская ниже, касаясь живота, и я изо всех сил борюсь с заклинанием, из-за которого не могу пошевелить и пальцем. Инстинктивно я свожу колени вместе, от страха все внутри сжимается.
— ОТСТАНЬТЕ ОТ МЕНЯ! — Я плюю ему в лицо, и он выходит из себя. Схватив меня за плечи, он яростно ударяет меня спиной о стену. Я кричу, больно ударившись головой, и чувствую, как боль накатывает на меня волнами.
— Маленькая нахалка, — выдыхает он. — С готовностью раздвигаешь ноги перед ним, но отказываешься делать это для меня. И чем же я хуже?
Его слова — будто удар поддых. Я не могу вздохнуть.
Но я нахожу силы закричать. Я кричу.
Он закрывает мне рот рукой.
— Заткнись и делай то, что я говорю. Иначе, клянусь, тебе не поздоровится…
— Какого черта ты здесь делаешь?
Я вздыхаю с облегчением.
Я даже не слышала, как открылась дверь!
Долохов оборачивается.
Темная фигура стремительно приближается к нам и отшвыривает от меня Долохова.
Слава Богу, слава Богу!
Долохов падает на пол, палочка выскальзывает из его рук, на мгновение освещая лицо Люциуса. Выражение его лица приводит меня в ужас. Я и раньше видела его в гневе, несчетное количество раз, но сейчас… он смотрит на Долохова с абсолютной, чистейшей ненавистью. И будь я на месте Антонина, я бы уже умерла от страха.
Заклинание, державшее меня у стены, исчезает.
Срываюсь с места и бегу. Выбегаю в коридор, слыша за спиной яростные крики.
Но они кричат не на меня. Они орут друг на друга.
Мне плевать. Плевать, плевать, плевать на всё!
Я бегу. Ноги передвигаются по инерции. В коридорах темно, и лишь изредка факелы освещают мне путь. Потеряв счет коридорам, я понятия не имею, куда бегу.
Слезы катятся по щекам, прохладный воздух обжигает лицо и мои босые ноги. Ступнями ощущаю леденящий холод каменного пола.
Мне противно. Я чувствую его запах на себе. И я знаю, он вернется, чтобы закончить то, что начал. Я уверена! Как я могу убежать от него?
И это еще не самое страшное. Хуже всего…
Опираюсь на стену, чтобы не упасть, и с силой ударяю себя по колену. Теперь я уже не сдерживаю слез.
…он просто не хочет, чтобы кто-то другой касался его маггловской шлюшки…
Громко всхлипываю, сползая по стене на пол.
Как я могла быть так уверена, что мне ничего не угрожает? Я знала, чего хотел Долохов, он никогда не скрывал своих намерений.
А Люциус? Что насчет него?
Я думала, что в этом плане я в полной безопасности. Но в последние несколько дней все изменилось.
Шаги. Быстрые, приближающиеся шаги.
Не прекращая думать, я вскакиваю и срываюсь с места, двигаясь настолько быстро, на сколько хватает сил. Оставляя позади пролеты и коридоры, я уже не думаю, куда бегу, и меня мало волнует, где я.
Темные и освещенные коридоры мелькают перед глазами: я то блуждаю в темноте, то вновь могу видеть, куда бежать. Но меня это не пугает, и я не останавливаюсь. Он не найдет меня. Я не позволю!
Шаги позади меня стихли, но я даже не сбавляю темп.
Пошатываясь, поднимаюсь по лестнице вверх, потом пробегаю еще несколько коридоров и лестниц, петляя по дому, запутывая следы.
Куда идти? Я не могу вернуться в свою комнату, не могу переплыть озеро. Черт, да я даже понятия не имею, в каком крыле дома нахожусь!
Громко всхлипывая, пробегаю длинный коридор, и с разбега распахиваю дверь прямо перед собой…
Резко останавливаюсь.
Я на балконе, уходящем в никуда. В темноту.
Кажется, я все еще в пещере, где стоит этот дом.
На балконе нет перил. Это просто выступ, заканчивающийся обрывом.
Наклоняюсь вперед, чтобы посмотреть вниз. Очень высоко. Начинает кружиться голова. Берег и озеро кажутся такими далекими.
Под пальцами ног чувствую пустой воздух и инстинктивно цепляюсь ими за край выступа.
Как это просто. Сделать шаг, упасть в темноту, забыть обо всем. Прекратить разом все страдания, боль, ненависть и чувство вины.
Я должна чувствовать страх. Но его нет. Я не чувствую ничего. Внутри лишь пустота.
Восприятие реальности возвращается ко мне, когда я вновь смотрю вниз. Внутри все переворачивается. Боже, это так высоко. Мне придется долго наблюдать за тем, как поверхность земли становится все ближе и ближе.