«И какой все-таки благородный человек, этот Отторино дель Веспиньяни, — подумала она с невольным уважением, — ведь Андреа для него, по сути никто, так, домашний архитектор — а Отторино воспринял все это так близко к сердцу... Какой он великодушный, какой честный и порядочный...»
Новости, которые привез Адриано, были столь неожиданными, что Отторино сперва даже и не мог сообразить — радоваться ему или печалиться.
Как оказалось, полицейские чины в Палермо были совершенно уверены, что задержанный — ни кто иной, как Альберто Барцини, и что его отговорки о том, что арестован невиновный ни что иное, как обыкновенная уловка.
— Странное дело, — произнес Адриано, усаживаясь в кресло рядом со своим гостем и протягивая ему фотоснимки. — Посмотри.
Отторино взял снимки — с каждого на него смотрел Андреа Давила.
— Думаешь, это твой архитектор — осведомился Шлегельяни.
— Ну да,— протянул Отторино.— А то кто же?
Это и есть тот самый Альберто Барцини, которого ищут, — произнес бывший шеф спецслужб.
Отторино поднял взгляд на собеседника.
— Нет, это — одно лицо...
— И не говори. Природа иногда шутит... И очень зло шутит,— сказал Адриано.
Отторино вопросительно посмотрел на него.
— Над кем?
— Надо всеми.
— Ты имеешь в виду, — медленно начал он,— ты имеешь в виду, что...
— Я ничего не имею в виду,— мягко произнес Шлегельяни,— я имею в виду только то, что я сказал...
— Так, так что там в Палермо? — дель Веспиньяни решил вернуть беседу в первоначальное русло.
— Полиция и прокуратура совершенно уверены, что арестовали Барцини...
— Это я уже слышал.
— Ты слышал, но не все: и теперь они могут заявить прессе и общественности, что организованная преступность побеждена...
— То есть, — медленно начал граф,— не хочешь ли ты сказать, что им на руку арест Андреа?
— Совершенно верно — именно это я и хочу сказать,— заключил Шлегельяни. — Если даже они и начнут сомневаться, что арестованный — не Барцини, они вряд ли дадут этому ход. Понимаешь?
Отторино поджал губы.
— Да.
— И единственное, что может спасти теперь Андреа — так это если кто-нибудь подтвердит его личность. Кстати, думаю, что настоящему Барцини это тоже на руку: такая неожиданная удача, схватили по ошибке какого-то олуха, который и будет отбывать срок вместо него. Думаю, что его сообщники на очной ставке, если таковая и последует, будут все валить на Андреа, чтобы выгородить своего патрона. Так что Андреа придется отбыть срок вместо настоящего преступника,— задумчиво повторил Адриано.
Подавшись корпусом вперед, дель Веспиньяни с интересом спросил:
— Кстати, а какой?
— За Альберто Барцини числится очень много всего, — задумчиво ответил Адриано,— один из лидеров организованной преступности... Контрабанда, наркобизнес, незаконный вывоз капиталов за границу, участие в организации подпольного тотализатора, содержание публичных домов, незаконная торговля оружием... Ну, и неуплата налогов — это само собой. Конечно, на пожизненное заключение он не потянет, посидит немного, а потом выпустят. Этот Барцини — очень влиятельная фигура. И тогда — имею в виду, если его выпустят, тогда все раскроется. Так что думай...
С интересом посмотрев на Шлегельяни, дель Веспиньяни поинтересовался:
— И что ты предлагаешь?
— Я ничего не предлагаю,— задумчиво ответил Шлегельяни,— ты просил меня прояснить ситуацию — я это сделал.
— Кстати, а сколько с меня? — тут же засуетился Отторино.
Адриано сделал успокоительный жест.
— Ну, что ты! Ведь на этой информации ты не заработаешь дивидендов... Скорее наоборот...
— То есть?
— Потеряешь репутацию порядочного человека если распорядишься ей не так, как надо.
— Кому не надо?
— Тебе, а кому же... Ты ведь делаешь это только для себя...
— Учишь? — на лице Отторино заиграла ироническая улыбка.
Адриано покачал головой.
— Нет, советую...
Отторино, сидя в маленьком салоне своего самолета, задумчиво смотрел, как мимо него проплывали перистые облака. Они были на удивление рельефны — такими неестественно-выпуклыми облака бывают разве что С высоты трех километров.
Слова Адриано Шлегельяни никак не выходили из его головы.
«Значит,— размышлял граф,— значит, полиция совершенно убеждена в том, что арестовала настоящего преступника... И Андреа самостоятельно вряд ли удастся доказать, что он — не тот человек, за которого его принимают. Тем более, что этот проходимец Джузепже Росси предусмотрительно похитил все его документы. А если они и начнут сомневаться... Нет, вряд ли полиции это выгодно».