— Но для чего?
— Понятия не имею.
— Я тоже...
— Может быть — Росси?
— Скорей всего... Больше некому.
Немного помолчав, сыщик неожиданно произнес:
— Вот что, думаю, что тебе придется еще раз прибегнуть к моей помощи...
— То есть?
— Эту историю надо распутать до конца...
— Ты думаешь?
— Да просто уверен. Во-первых, тут очень много загадок — во всяком случае, куда больше, чем разгадок. Во-вторых, у человека, который подставил тебя, остается в запасе ход, притом — страшный...
— Имеешь в виду фотографию в газете?
— Именно. Ведь он не успокоится на том, что тебе удалось благополучно избежать долгих и томительных лет в тюрьме, да еще — под чужим именем...
— Спасибо синьору дель Веспиньяни, — произнес Андреа с чувством, — если бы не он...
Манетти закивал головой.
— Да, да...
— А я заметил, что граф не понравился тебе.
— Знаешь — ты очень наблюдателен.
Андреа нахмурился — ему было неприятно, когда один человек, которого он любил и уважал, нелестно характеризовал какого-нибудь его другого друга.
— Вот как?
Манетти пожал плечами и произнес:
— Слушай, нравится он мне или нет — это мое частное дело...
— Но...
— Давай лучше не будем об этом.
— Но я не могу понять, чем не понравился тебе синьор дель Веспиньяни?
Неожиданно улыбнувшись, сыщик произнес:
— Честно говоря, я и сам не знаю, почему так происходит...
— Ведь если бы не он...
— Знаю, знаю, ты бы давно уже сидел в тюрьме... — сыщик, усевшись поудобней, посмотрел на Андреа с немалым любопытством и спросил: — Кстати, а почему ты не сослался на меня?
— Когда?
— Когда попал в тюрьму.
— Не хотел тебя беспокоить... А кроме того — эти обстоятельства, при которых меня задержали под именем Барцини... Это ведь такой стыд!
— Очень зря. Ты ведь знаешь, как я люблю тебя и Эдеру... Я бы мигом отложил все дела и примчался бы на Сицилию, в Палермо...
— Насколько я понимаю, ты собрался туда теперь?
— В Палермо?
— Да. Кстати, ты помнишь, где именно находится тот самый ресторанчик, в котором ты сидел с Росси?
— Как же — отлично помню. Называется он, если я не ошибаюсь, «Эспланада», и находится... В общем, думаю, тебе будет достаточно одного только названия.
— А та... ну, девица, — произнес сыщик, не желая резать слух собеседника словом «проститутка», — та девица — как она выглядит?
— Честно говоря, уже не помню, — Андреа залился краской стыда, будто бы он действительно был в чем-то виноват, — но из газеты я выяснил, что ее кличка — «лошадка».
— Наверное, она получила ее за выносливость, — пошутил Манетти, — как же, как же — все-таки портовый район Палермо...
Андреа смотрел на сыщика во все глаза.
— Ты... Ты что — действительно собираешься туда отправиться?
— Именно это я и собираюсь сделать,— ответствовал сыщик.— И как можно быстрее...
— Когда?
— Завтра утром.
Андреа, немного поразмыслив, спросил:
— Может быть, ты посоветуешь, что мне делать?
— То есть?
— Ну, этот самый человек, который подставил меня... Росси или кто-нибудь другой.
— И что же?
— Ведь он в любой момент сможет сделать так, чтобы ту проклятую фотографию репортера увидела Эдера.
Лицо сыщика помрачнело.
— Да, пожалуй, ты прав...
— Так как мне теперь быть? О, если это произойдет, Эдера просто не перенесет потрясения! Она мне верит, и решит, что я ее обманываю, что я все время ее обманывал ... Только, только не это!
После непродолжительной, но весьма выразительной паузы Манетти посоветовал:
— Думаю, будет лучше, если ты сам расскажешь обо всем своей жене...
Андреа вскочил.
— Я?
— Да, ты...
— Но зачем?
— Чтобы опередить удар... Я на все сто процентов уверен, что тот человек, который подставил тебя, этим не ограничится... Кстати, а можно ли мне поговорить с Росси?
Андреа вяло пожал плечами.
— Наверное...
— Он на «Ливидонии»?
— Наверняка.
Манетти поднялся со своего места, прошелся по комнате и вновь уселся в кресло.
— Так что ты скажешь?
— О том, чтобы поговорить с Эдерой?
— Вот именно... Если не хочешь, то давай с ней я поговорю... — предложил сыщик.
— Нет, наверное, ты все-таки прав... — задумчиво произнес Андреа. — Надо будет мне ей рассказать, как оно все и было. Но как?
— Этого я тебе сказать не могу,— ответствовал Манетти, — во всяком случае, ты лучше знаешь свою жену. Единственный совет, который я могу тебе дать, как старший, будет таков: ничего не утаивай, говори все так, как оно и было на самом деле...