Пройдя несколько шагов, Андреа вышел к фасаду и сразу же взглядом профессионала оценил здание: на его фасаде была запечатлена в общих чертах вся история средневековой архитектуры Италии.
Над порталом романского стиля с двумя изящными колоннами по бокам и богато украшенным архивольтом были расположены три стрельчатых окна с широкими рельефными поясами, изображавшими Страсти Господни. Эти окна, венчающую романскую арку портала, представляли собой раннюю готику, столь часто встречающуюся на Сицилии. Выше на фронтоне красовалась роза, вернее — слегка закругленный оконный проем узорчатым переплетом пламенеющей готики, как бы знаменуя собой эпоху последнего расцвета и упадка готического стиля.
Андреа, подойдя к двери, толкнул их — двери оказались незапертыми.
Он шагнул вовнутрь.
Внутри аббатство казалось куда древнее фасада: на массивных столбах цилиндрической формы покоились стрельчатые арки, тупоугольная форма которых казалась скорее случайностью, чем замыслом средневекового архитектора. Капители были изукрашены затейливыми лиственными орнаментами, исполненными, впрочем, довольно-таки аляповато. Боковые нефы имели стрельчатую форму.
Редко расположенные, узкие окна с полукруглыми арками были лишены всяческих украшений все это придавало внутреннему убранству черты раннего романского стиля, без малейших следов того изящества, которое носил главный фасад аббатства.
В западной части пространство между двумя столбами аркады было замуровано каменной кладкой. Когда-то здесь находилась церковная кафедра, куда когда-то поднимался священник по крутой каменной лестнице вырубленной прямо в скале. Теперь кафедра находилась в другом месте.
Да, это заброшенное аббатство во всех путеводителях для туристов могло бы быть охарактеризовано как «образец изящества и легкости», но и оно находилось не в лучшем состояния, чем дом дель Веспиньяни.
Внимание Андреа привлекала прежде всего башня: состояла она из четырех ярусов; в первых трех было по два окна, в последнем — по четыре. Когда-то это величественное сооружение служило донжоном замка рода Мазаритти, обосновавшегося тут еще чуть ли не со времен Карла Великого; после того, как замок пришел в негодность и обветшал, его разобрали, и из полученного камня и соорудили монастырь. О временах нашествий норманнов и мавров и напоминала эта древняя замковая башня.
Само же здание почти целиком было построено в готическом стиле, по мнению знатоков, недостаточная соразмерность частей и некоторая тяжеловесность деталей свидетельствовали, что здание это перестраивалось неоднократно. В самом деле, в Италии, наверное, есть мало церквей и монастырей, которые сооружались бы так долго; храм был начат в X, а завершен только к XVI веку.
Неожиданно Андреа услышал:
— Синьор!
Он обернулся — к нему спешил какой-то немолодой уже человек, что-то дожевывая на ходу.
Черты лица у этого человека, некогда выразительные, теперь были будто бы стершиеся — так на старинных монетах, долго бывших в обращении, от рельефов королей и императоров остается лишь очерченный контур...
«Наверное, этому человеку пришлось немало пережить в жизни,— подумал Андреа, — ведь он еще нестар... Немного старше меня. А служит тут сторожем, живет в этом захолустье... Почему?»
Сторож, подойдя поближе, пристально посмотрел я глаза Андреа и спросил:
— Синьор! Что вы тут делаете?
Андреа произнес в ответ:
— Я — архитектор, и синьор дель Веспиньяни. который направил меня сюда, поручил... Андреа Давила.
— Так вы от синьора Отторино? — удивился сторож — а это, вне всякого сомнения, был он.
Андреа кивнул.
— Да. А почему это вас так удивляет?
Сторож, подойдя поближе, доброжелательно посмотрел на гостя и произнес:
— Меня зовут Стефано Манджаротти...
— Вы сторож? — полюбопытствовал Андреа, чтобы еще раз удостовериться в правильности своей догадки.
— Совершенно верно. А вы, значит, архитектор?
— Ну да, я же сказал...
— Синьор Давила, а что — граф дель Веспиньяни действительно послал вас сюда?
— Вы не верите?
— Нет, отчего же...
— Тогда — почему спрашиваете?
Сторож немного смутился.
— Видите ли, синьор, дело в том, что здание это стоит в полном запустении вот уже столько лет... И Отторино только одни раз был тут — десять лет назад...
— Вот как? — удивился Андреа, немного смущенный тем, что скакал ему Стефано.
— Ну да... И я не могу взять в толк — почему это Отторино понадобилось приводить его в порядок? Вы ведь, насколько я понимаю, решили привести это сооружение в порядок?