Мелькнула мысль — в пылу боя испить его крови, хоть немного. Впитать его силу, пусть даже кусочек. Каждый выживает как может.
Но... нет. Глупая затея. А вдруг меня всё-таки обманут, и никакой свободы не будет? В таком случае — дарить Инквизиции такие силы, даже косвенно, было бы верхом идиотизма.
Хотя, кто знает... может, когда ангел будет у них в руках, демонов они станут просто игнорировать, как надоевшую игрушку.
Пока что, наше проникновение осталось незамеченным. Ни сирен, ни заклинаний — тишина. Лишь наши шаги гулко отдавались от мраморной плитки.
Дверь не поддалась сразу, но Ксар выбил её с одного удара. Она влетела внутрь, оставив после себя только осколки дерева и вырванные петли.
Мы зашли.
Внутри было светло. Противно светло.
В отличии от того гнезда святых, где обитала моя привязка, этот дом выглядел... приятнее. Мягкий свет стекался с потолков, окна были широкие, не зашторенные, полы — глянцевые. Тепло. Если бы не знал, чьё это место — мог бы спутать с дорогим курортом. Или гнездом паука, что заманивает в себя жертв, обволакивая их шелком и ароматом мёда.
— Ну и где искать этого Рахала? — буркнул я, озираясь. — Хоть бы приблизительно сказали…
Я начал возмущаться, уже собираясь что-то едкое бросить, когда в нашу сторону полетело несколько пуль.
Громкий треск, едва уловимое жужжание — и боль.
Несколько прошли мимо, ударяясь в стены с глухим "пшик", но две задели меня. Левая сторона вспыхнула болью — алая кровь брызнула на рубашку и пол.
Скривившись, прижал раны. Почувствовал, как под пальцами кровь пульсирует — зовёт, шепчет, хочет вспыхнуть. Я воззвал к ней, и зверь внутри ответил. Тело дернуло, тепло прокатилось по бокам, рана зашивалась, будто сама плоть хотела остаться целой.
Когти — как стеклянные лезвия — выдвинулись на руках. Челюсть вытянулась, нарастив длинные клыки. Мир стал другим: чуть тусклее, чуть резче. Голос разума — тише. Хищник — ближе.
Только теперь я глянул на Ксара. Его тело, казалось, располосовали багровые полосы, словно на него вылили ведро крови. Но это не кровь — это сигиллы, узоры, что ползли по нему, как тень живого чернила.
В его взгляде уже было безумие. Да, похоже, он впервые столкнулся с таким оружием. Смертным, грязным, огнестрельным.
Он изменился на глазах: выше, шире в плечах, лицо растянулось в нечто нечеловеческое. Безжалостное. Пол вздрогнул, когда от него пошла волна ужаса, волна силы.
Он рванул вперёд — и два тела превратились в четыре половинки. Одним махом.
Даже пули не остановили его.
Мда. Я — вообще никчёмный на его фоне.
Вот тебе и демон.
Уверенности в себе стало заметно меньше.
Но расслабляться было рано. С другой стороны коридора вынырнули ещё двое, в полной экипировке, и открыли огонь. Теперь по мне и по спине Ксара.
Я поднырнул, рванулся вперёд, на животном инстинкте. Пули рвали воздух, несколько попало — в руку и в ногу. Боль разлилась, как кипяток, но когти вонзились в шею одному из стрелков — и он захрипел, захлёбываясь своей кровью.
Он дёрнулся, и пара пуль вылетела в грудь второго. Прекрасно. Благодарю за помощь, умирающий.
Рывком я оттолкнул мёртвое тело, и прыгнул следом, вцепившись зубами в шею второго солдата.
Сладкая кровь — о да, такая тёплая, такая живая — хлынула в рот, и вместе с ней пришла сила. Желание жить, рвать, побеждать.
Но я не стал допивать — знал, как важно двигаться дальше.
Схватил его за подбородок, хруст — и тело обмякло, падая, как мешок костей.
— С каких пор священники обороняются военным оружием? — фыркаю, глядя на труп, и оборачиваюсь к подошедшему демону.
Я вздрогнул от неожиданности. Передо мной стояла громадина. Ростом, кажется, два с половиной метра, может, и выше. Тень от него закрыла половину коридора. Словно кусок горы спустился, чтобы поговорить.
— Тц. Не пугай так.
Он даже не шелохнулся в ответ. Только издал гортанный звук, который оказался голосом.
— Где могут хранить демона? — сказал он, и гул от этих слов пронёсся по этажу.
Звук был не просто громким — он вибрировал в костях, как будто что-то древнее и неумолимое встряхнуло воздух.
Если кто-то ещё и не услышал стрельбу, то этот голос услышал весь дом.
Я перевёл взгляд на трупы, оскалился. Один остался бы жив — можно было бы выжать информацию. Но что сделано, то сделано.
— В подвале? Где обычно держат заложников? Или... может, в какой-нибудь комнате, — прищурился. — Хотя вряд ли его оставили одного в пустом доме.
Скорее всего — да, подвал. Самый банальный, но логичный вариант.
Мы начали спускаться вниз по лестнице — и не одни. По дороге наткнулись ещё на нескольких людей. Некоторые вооружённые, двигались, как подготовленные бойцы. Опасные.