Первый глоток обжёг горло. Не вкус — эффект. Он нужен был. Хоть немного разжать пальцы стиснутого изнутри напряжения.
Я кивком предложил Ксару присоединиться. Он, скопировав мои движения, опустился рядом, но выглядел при этом так, будто мебель оскорбила его семью. Стол грохнул, что-то упало, откуда-то посыпалась мелочь — демон даже ухом не повёл. Его массивность просто, как бы между строк сообщала: я могу разнести тут всё.
Протянул ему бутылку.
Он взял. Принюхался. Сморщился. Повернул бутылку в руках, словно изучая состав.
— Пей, — сказал я просто.
Подбодрив его кивком и хитрой полуулыбкой, я всё же заставил его сделать глоток.
Он только поднёс бутылку к губам — и уже закашлялся, будто в горло ему плеснули болотной воды. Я не сдержался и улыбнулся по-настоящему — тёпло, по-доброму.
Спаиваю демона. Прекрасно. Мама бы мной гордилась.
— Что это за дрянь? — выдавил он, всё ещё немного хрипя. Собрался было выкинуть бутылку, но я ловко перехватил её у него из рук и сделал ещё пару глотков, демонстративно показывая, как надо.
— Это дешёвое виски. Алкоголь. Его пьют, чтобы расслабиться, — пояснял я с той же интонацией, с какой взрослый объясняет ребёнку, зачем луна светит по ночам.
Не знаю, сколько веков он провёл за Гранью и что вообще помнит о своей жизни до того, как стал этим... кем он есть. Но сейчас он выглядел именно тем, кем и был — существом, которому впервые показывают, что у мира есть вкус. Даже если этот вкус — как у старой аптечки, пропитанной бензином.
Протянул ему бутылку снова.
— Давай. Второй глоток всегда идёт легче. Проверено.
Он смерил меня подозрительным взглядом, но всё же выполнил совет.
На этот раз глотков было несколько. И кашля не последовало. Лицо чуть смягчилось, а складка между бровей распрямилась хоть на полсантиметра. Он вернул мне бутылку с каменным выражением.
— Всё равно не вкусно.
— Зато расслабляет. Почувствовал?
Он не ответил, но взгляд стал менее острым. Как будто его пульс сбросил пару ударов в минуту. Вот и отлично.
Честно? Мне и самому это сейчас было нужно. Хоть немного согреться изнутри.
И не дать ему взорваться, когда начнём говорить о делах.
Пока есть шанс всё решить по-человечески — я его использую. Потому что жить хочется. Не готов я пока уходить обратно.
Когда бутылка закончилась, Ксар заметно сник. Не рухнул, не отключился, просто… осел. Будто в нём что-то сдулось. Видимо, несмотря на возмущения и гримасы, ощущение затуманенной головы ему всё же приглянулось. Мы не набрались в хлам — я бы не позволил себе этого, — но расслабились. И мне, и ему это было нужно. После всего, что произошло. После мира, где на каждом шагу кровь и смерть.
Я хотел наладить с ним контакт. Не просто держать рядом кусок силы, а понять — что он вообще из себя представляет, за пределами звериного рёва и крепкой хватки.
До прихода Угьяна оставалось время. Я покосился на Ксара. Он всё так же сидел, развалившись, будто старая бронзовая статуя. Глаза полуприкрыты, мышцы чуть расслабились, но внутри — всё ещё комок напряжения.
Решил воспользоваться моментом.
— Что ты дальше планируешь, когда найдёшь пацана? — лениво спросил я, операясь локтем о подлокотник и устроив голову на ладони. Она немного кружилась — не от выпивки, скорее от усталости, скопившейся за последние сутки.
Ксар не ответил сразу. Молчал долго. Слишком долго.
Я же не торопил. Пускай думает.
И вот это молчание было куда более громким, чем любой его рык. Оно говорило о многом: или он правда не знал, что дальше, или знал, но не хотел говорить. А может… впервые задумался об этом всерьёз.
Ему позволено было не иметь чёткого плана? Сложный вопрос. Он не похож на тех, кто живёт от момента к моменту. А если выбрался в наш мир — наверняка с определённой целью. Найти мальчишку — это понятно. Но потом?
Слишком уж долго он зависал в тенях мыслей.
Может, и правда хотел уйти обратно.
А может, начал понимать, что у этого мира есть привкус, и не только виски.
— Ладно. Время ещё есть, чтобы решить, — сказал я, спокойно, без давления. — Если захочешь вернуться — я открою портал.
Это было искренне. Не потому, что хотелось его сплавить обратно, а потому что… ну, каждый имеет право на выбор. Даже демон.
Ксар медленно повернул ко мне голову. Его взгляд — холодный, пренебрежительный, как плеть по коже.
Так вот оно что, — подумал я. — Добро не катит. Он не привык к нему. Ну и пожалуйста.
От той дружелюбной, почти зачаточной мягкости, которую он проявлял совсем недавно, не осталось и следа. Его лицо снова стало каменным. Словно выстроил вокруг себя стену за считанные секунды.