- Джон Уотсон, за столько месяцев ты не удосужился отправить мне ни смс, ни фотографии; и даже то, что Шерлок жив, мне довелось узнать не от кого-нибудь, а от Майкрофта! Вы друг друга стоите!
- Простите, - сказал Джон, чувствуя справедливость этих слов. – Извините, но вы же знаете, что я просто не мог.
- Ну, ладно, - владелица дома вздохнула и отступила от порога, позволяя им войти в дверь, на которой значилось «221 Б».
В знакомом коридоре было сумрачно и немного пыльно. Шерлок тихо засмеялся, когда малышка, привязанная к его груди хитро перекрученным бесконечно длинным куском материи, громко чихнула, стукнувшись лбом о грудь отца и недовольно наморщив носик.
- Розалин думает, что не помешало бы пройтись по прихожей с пылесосом, - заметил детектив, заработав ещё один шлепок, на этот раз по плечу.
Уотсон предпочёл нести Тедди на руках, отказавшись накручивать на себя многие метры пёстрой ткани.
- Если честно, ты похож на кенгуру, попрыгавшего по вёдрам с разноцветными красками.
- Это практично, Джон. Таким образом я могу не только нести по меньшей мере одного ребёнка, но и свободно пользоваться обеими руками.
- Ты знаешь, сейчас как никогда пригодились бы носильщики. И где-то недалеко от нас крутится парочка.
- Не такие уж они универсальные. Признай, ты расстроен тем, что не догадался, зачем я наматываю и скручиваю ткань, и мне пришлось давать объяснения.
- Да нет, скорее, я беспокоился о том, что моя дочь выпадет и ударится головой, если ты плохо закрепишь узлы.
- Я тебя умоляю, Джон.
Они проследовали за миссис Хадсон в её квартиру. Доктор здесь был всего один или два раза и чувствовал себя в этих комнатах несколько неловко. Пока их хозяйка суетилась на кухне, накрывая стол к чаю, Шерлок избавился от пут и опустил Рози на пол, сразу заняв её ворохом разноцветных игрушек. Джон устроил Тедди около сестры, а сам уселся на диван. Детектив взял мужа за руку, тот ответил удивлённой улыбкой и лёгким пожатием. Со времени возвращения Шерлок стал намного более открытым в проявлении своей привязанности. Джон никак не мог к этому привыкнуть, но ни за что не стал бы жаловаться.
- Берите, мальчики, ваш чай. А детям надо что-нибудь дать? Вы только посмотрите, как они выросли! – на глаза миссис Хадсон навернулись слёзы умиления, одну руку она прижала к груди.
- Пока им ничего не надо, - сказал Джон, краем глаза наблюдая, как малыши вырывают друг у друга плюшевого слона.
Уотсон хорошо научился понимать выражения лиц своих детей, даже когда мельком поглядывал на них, занимаясь своими делами. Это вошло у него в привычку, будто развилось шестое чувство, постоянно сообщавшее, где его подопечные и что делают. Холмс был поглощён малышами гораздо больше: зачастую требовалось прилагать немалые усилия, чтобы хотя бы частично обратить на себя его внимание, целиком отданное детям, но Джону пришлось смириться с этой новоявленной особенностью поведения мужа. Доктору не впервой было бороться за место в жизни консультирующего детектива со множеством его пристрастий, но их совместным детям он был готов проиграть и, говоря про себя слово «наши» применительно к сыну и дочери, до сих пор испытывал трепет.
Миссис Хадсон устроилась в кресле напротив и попивала чай, наблюдая за девочкой и мальчиком, весело играющими на полу.
- Никогда вам не прощу то, что вы на восемь месяцев лишили меня этой радости, - произнесла она, пригвоздив своих жильцов суровым взглядом. – Вы двое - самые безнадёжные тупицы из всех, кого я знаю.
- Премного оскорблён, - сказал Шерлок, но глаза его улыбались.
- Я рассчитываю, что вы захотите вернуться в свою прежнюю квартиру, - продолжала миссис Хадсон. – Конечно, Майкрофт всё это время вносил арендную плату, но дом не должен пустовать. Как бы чего не вышло. В последнее время вокруг шныряют разные личности. Иногда мне казалось, что они примериваются, как бы незаконно заселиться.
- Нет-нет, - тихо засмеялся Джон. – За вами присматривали дежурные из сети бездомных друзей Шерлока. Он велел им наблюдать за сохранностью дома.
- О, Шерлок! К чему такие хлопоты! Я была в полной безопасности.
- Чепуха. Ради вас я пойду на что угодно, миссис Хадсон.
Домовладелица зарумянилась и горделиво выпрямилась. Уотсон спрятал улыбку в чашке с чаем. Холмс нетерпеливо подтолкнул мужа локтем и продолжил.
- Мы хотели посоветоваться с вами, миссис Хадсон, прежде чем что-то решать. Как вы понимаете, в наш образ жизни неизбежно будут внесены изменения, небольшие, - он кивком указал на двойняшек, - и нам не хотелось навязывать вам своё присутствие в этом доме. Мы с Джоном предпочли бы снова переехать в Лондон, но мы поймём, если вы…
- Шерлок Холмс, только посмей съехать с этой квартиры и увезти с собой детей – и я тебя из-под земли достану, - она, нагнувшись, подхватила Рози с пола и прижала извивающуюся девочку к своей груди. – Как ты мог такое подумать? Конечно, вы должны въехать обратно. Без шума, который вы оба производили, здесь было тихо до жути.
- Тогда решено, - объявил Шерлок, хлопнув в ладоши. – Люди Майкрофта привезут наши вещи сегодня же после обеда.
- Что? Когда это ты успел всё устроить? Мы ведь договорились подождать, пока не обсудим всё с миссис Хадсон!
Детектив закатил глаза.
- Джон, я тебя умоляю. Чтобы миссис Хадсон выселила нас с Бейкер-стрит?
- Знаю, знаю – скорее Англия падёт, - простонал доктор.
- Вот именно, - сказал Шерлок самодовольно и затем наклонился, чтобы звонко чмокнуть мужа в щёку, и Джону невольно пришлось простить своего несносного партнёра. – Итак, миссис Хадсон, не хотели бы вы возобновить знакомство с Хэмишем и Анной, пока мы с Джоном будем распаковывать вещи? Лучшего повода не представится.
Миссис Хадсон испустила вздох страдания, как и всякий человек при общении с Шерлоком Холмсом, но с нежностью улыбнулась Рози, с восхищением теребящей её брошь.
- Только на этот раз, мальчики. Я не ваша няня.
- Разумеется, нет, - заверил её Джон.
- Даже не мечтайте, - поддержал его Шерлок. Они посмотрели друг другу в глаза и улыбнулись.
========== 16/16. P.S. Система интегральных уравнений ==========
Допив чай, они оставили миссис Хадсон с близнецами и поднялись в свою старую квартиру. Уотсон ненадолго остановился у двери, и Холмс окинул его насторожённым взглядом.
- В чём дело?
В чём дело? Джон едва не рассмеялся. Невозможно было выразить словами, что за этой дверью находились все его лучшие воспоминания и все самые страшные кошмары, вплетённые друг в друга неразрывными нитями, из которых была соткана ткань их общей жизни, как в пределах этих стен, так и за ними. Он не смог бы описать то состояние, в котором находился, когда был здесь в последний раз: разбитый, измученный бессонницей, обезумевший от любви к своим детям, но в то же время с каждым вздохом испытывающий жгучую боль невосполнимой утраты от гибели партнёра.
За этой дверью они стали друзьями, там же случился их первый поцелуй, в этой квартире протекли лучшие 14 месяцев жизни Джона Уотсона. И в ней же он дни напролёт не поднимался с кровати, плача в подушку, не в силах представить себе будущее без Шерлока Холмса. Как бы он смог описать все эти сантименты, чтобы его странное и глупое волнение оказалось понятным?
Большая ладонь обхватила руку доктора, слегка сжала, и он почувствовал, что именно это было сейчас самым важным. Шерлок повернул ключ в замочной скважине и ввёл его внутрь. Жутковато было обнаружить их маленькую скромную квартиру едва не целиком укутанной белыми пыльными простынями. Почти наверняка это сделала миссис Хадсон; Майкрофт не стал бы заботиться о состоянии их повидавшей виды мебели настолько, чтобы покрыть её чехлами. Большой Брат бы скорее сжёг её, чем сберёг.