- Как с оружием?
- Об этом потом. Главная директива - наносить мощные удары, не брать пленных и проявлять полную беспощадность. Карц, кстати, рассматривает это подразделение как одно из самых важных, и он прав. Это единственное подразделение, которое узнает, что ему надо делать, за пять минут до того, как принимается за дело. - Майк одарил Модести очаровательной улыбкой. Тебе дали самых крутых ребят. Твоя задача - сделать из них крутую команду.
- Еще какие-то проблемы есть?
- На этой стадии у меня все. Да, тебе придется носить положенную по нашим правилам форму. Вилли подберет себе что-нибудь на складе. Для тебя я заказал все отдельно...
- Надеюсь, ты не ошибся, - сухо отозвалась Модести. - Не хотелось бы появиться перед подразделением в виде клоуна.
- Не бойся, я не ошибся, - усмехнулся Дельгадо, и в его зелено-голубых глазах вспыхнули искорки. - Я отлично помню твои размеры, радость моя. У меня замечательная осязательная память.
Дельгадо перевел взгляд на Гарвина.
- Тебе что-нибудь непонятно?
- То, что мне будет непонятно, я выясню без лишней болтовни, - отрезал тот.
- Я, пожалуй, пойду, - сказала Модести, вставая. - Меня ждет Либманн. Он отвезет меня в подразделение.
- Я с тобой, - сказал Дельгадо и тоже встал. - Это может быть забавно.
- Там не обойдется без осложнений.
- Еще бы. Ты женщина. Думаю, что кому-то должно крепко достаться. Не исключено, что тебе.
- И это забавно?
На лице Дельгадо было лишь предвкушение развлечения.
- Я знаю тебя только по постели, радость моя, - напомнил он, - и сгораю от нетерпения увидеть твою другую сторону. Не обижайся. Вовсе не обязательно испытывать неприязнь к человеку на канате, но интересно увидеть, как он грохнется.
- Ну а если я грохнусь?
Дельгадо посмотрел на нее и загадочно заметил:
- Это уже будет проблема Карца. Наверно, тогда он подыщет для тебя другую работу.
Вилли Гарвин соскочил с джипа у двух бараков подразделения "И" в южном конце лагеря. Он захватил свой чемодан, поставил его на землю. У бараков сидели и стояли человек двадцать. Двое из них знали Вилли и поздоровались с ним. Он ответил на приветствия и коротко спросил:
- Где остальные?
Крупный итальянец отозвался:
- Упражняются с газовыми бомбами. А мы уже прошли курс обучения.
- Ладно, забрось-ка, приятель, мой чемодан, а я устроюсь, а потом побеседую со всеми. - Он посмотрел на собравшихся, кивнул им и двинулся к бараку.
Голос с валлийским акцентом произнес:
- Хочешь поработать денщиком, Джио?
- Нет, - усмехнулся итальянец. - Хочу сохранить зубы. И тебе советую об этом не забывать. Они еще нам пригодятся. - Он взял чемодан и двинулся следом за Вилли.
Либманн повел джип дальше и через триста ярдов снова остановил машину. Подразделение "Р" занимало один барак, где находилось до сорока человек. Сейчас у них было свободное время, и около барака слонялось человек десять.
Либманн вышел из джипа вместе с Модести. Дельгадо остался в машине. Облокотившись о дверцу, он стал с интересом следить за развитием событий.
- Это Модести Блейз, - сказал Либманн. - Она будет командовать вашим подразделением.
Кое-кто заулыбался. Кое-кто стал тотчас же раздевать ее глазами. Но нашлись и такие, кто насторожился.
- Скоро привыкнете, - коротко сказала Модести. - Я сейчас с вами потолкую.
Она миновала их и вошла в барак. Либманн последовал за ней. Там одни лежали на койках, другие играли в карты. В центре барака стоял стол, уставленный чашками со следами кофе, заваленный пестрыми журналами и весьма потрепанными учебниками по оружию. В дальнем конце виднелась перегородка, а в ней была дверь. На одной из стен висела деревянная доска для объявлений.
Большинство из мужчин были без рубашек - голые по пояс или в майках. И люди, и их форма выглядели достаточно опрятно, хотя рубашки и брюки были поношенными и выцветшими. Впрочем, и чистота формы, и личная опрятность значились обязательным условием в правилах, которые Модести просмотрела, пока ехала от Дельгадо сюда.
Либманн заговорил все тем же ясным высоким голосом:
- Внимание! Это Модести Блейз. Она будет командовать вашим подразделением.
Реакция на это сообщение последовала довольно вялая. Головы стали поворачиваться в их сторону, но руки по-прежнему тасовали или разбирали карты. На лицах солдат появились примерно те же выражения, что и у тех, кто находился на улице.
Модести неторопливо обвела взглядом длинный барак. Она опять повторила:
- Вы скоро к этому привыкнете. - Кто-то рассмеялся, но смех быстро смолк. Модести пропустила этот смех мимо ушей и коротко сказала: Построиться у барака. Я хочу с вами поговорить.
С этими словами она повернулась и пошла к выходу. Либманн последовал за ней. Она вышла из барака и остановилась в десяти шагах от джипа, глядя на дверь без признаков нетерпения. Вскоре в проеме появился один солдат, поколебался и вышел наружу. За ним последовали еще двое. Затем появились еще четверо с ухмылками на лицах. Ручеек продолжался еще несколько минут, потом прекратился.
Модести посмотрела на последнего вышедшего и спросила:
- Это все?
Тот молча пожал плечами. Тогда она снова вошла в барак. Там на койке сидели двое и играли в карты или делали вид, что играют. Еще один лежал на кровати, закинув руки за голову и полуприкрыв глаза.
Модести дала волю своей интуиции, оценивая ситуацию. Те, кто играл в карты, выглядели несколько напряженными, а их сосредоточенность казалась деланной. Зато лежавший на койке и не думал волноваться. Модести застыла в ожидании. Секунд через пятнадцать один из игроков бросил быстрый взгляд на лежавшего.
Модести поняла, что не ошиблась. На койке лежал неофициальный лидер. Именно с ним ей, похоже, предстоял поединок.
Это был рослый мускулистый парень с густыми черными волосами на груди, видневшимися в вырезе майки, длинные руки, лицо широкое и угловатое, обтянутое тонкой кожей.