– Хорошо, – я была согласна сейчас на все лишь бы не упустить этот шанс.
Тогда я дрожащими руками взяла протянутый мне мобильник. На его рабочем столе не было ни одной иконки. Только в самом низу в левом углу значок телефона.
Понятно: по этому телефону можно только звонить, и наверняка в нем какая-то особая сим-карта, которую невозможно отследить, невозможно пробить владельца, ну и номер, естественно тоже засекречен.
Но… тут у меня случился шок.
Я не знала номер Ильгара.
Мне стало нечем дышать, и я потянулась к пуговицам платья на шее.
– Мамочка, – я жалобно взглянула на нее. – Я не знаю номер Ильгара. Я ему никогда не звонила. Прошу тебя… Найди его. Пожалуйста.
– Нет, – ответила она настолько твердо, что упрашивать было бы бесполезно. – Ты не будешь с ним видеться. Ильгар ничуть не лучше, чем Марат. Да, он сумел втереться к тебе в доверие, потому что был твоим телохранителем, и потому что ты забеременела от него. Но общаться с ним ты не будешь. Он страшный человек.
– В чем же он страшный? – я разрыдалась от отчаяния. – Зачем ты вообще вторглась в мою жизнь? Я и так ничего никогда не имела, а ты забрала у меня последнее и самое дорогое! Лучше бы ты жизнь мою забрала, чем так!
Моя последняя надежда рухнула, и я не знала как мне действовать дальше.
– Еночка, – мама осторожно взяла меня за руки. – Ты прекрасно знала в каком страхе я жила все эти годы. В тот момент, когда я полюбила твоего отца моя жизнь разрушилась. Я не сразу узнала чем он занимается. А когда узнала, то думала что смогу с этим справиться. У нас была большая разница в возрасте, почти двадцать дет. Конечно, на тот момент я думала, что такой властный и авторитетный мужчина – лучшая партия для меня. Что как раз за таким я буду как за каменной стеной.
Но все сложилось в точности до наоборот. Я была окружена все эти двадцать с лишним лет бесконечным страхом. Я боялась сначала за его жизнь. Потом за свою. А потом за твою. Я видела какой ты росла. У тебя не было друзей. Ты ни к кому не привязывалась. Ни с кем не общалась. Никуда не ходила. Ты боялась собственной тени. У нас было столько денег, но мы не могли даже сходить потратить их по-человечески. Мы заказывали доставку еды, и очень редко доставку одежды. Мы с тобой даже ни разу не сходили на шоппинг как мать и дочь.
– Да разве это важно сейчас?! – я не выдержала ее ничего не значащих для меня разговоров. – Пожалуйста, дай мне связаться с Ильгаром! Не отнимай у меня сына!
– Если Дамир останется с тобой, то Ильгар везде тебя найдет, – холодно подметила мама.
– Ильгар и так везде меня найдет, – сквозь зубы пригрозила я.
Внезапно это осознание придало мне сил.
Мы ведь столько испытаний прошли с Ильгаром. И я знаю, что он любит меня. Он не оставит все просто так. Он бросится на мое спасение. Главное, чтобы он сначала Дамира спас. Только бы он сначала подумал о Дамире!
– Точно так же я думала о твоем отце, – горько улыбнулась мама. – Он представлялся мне такой же каменной стеной, как тебе Ильгар. Но, поверь, я знаю Ильгара. Он работает на меня с момента основания организации. Он был одним из лучших профи своего дела. Но он всегда действует только для своей выгоды. Он насиловал девушек, которых перевозил. Он даже делал это не один, а на пару со своим напарником Ратмиром. Ты только вдумайся: он с напарником насиловал перевозимых девушек!
– Это неправда! – я не хотела в это верить. – Даже если это и так, то уверена, девушки сами были не против.
Меня больно резанул такой факт, но я очень надеялась что мама врала.
– Ильгар хоть и самый сильный агент организации, но и в то же время самый неуправляемый, – продолжала мама. – Самый дерзкий. Он никогда не видел границ перед собой кто бы перед ним ни стоял. Когда пришло время перевозить тебя, то никто из моих людей не согласился браться за дела Марата. Ратмир – напарник Ильгара – еще мог согласиться, но в тот момент он был занят другим вызовом и работал под прикрытием другого человека. Поэтому тебе достался только один Ильгар. Он сам вызвался. Он тогда с таким цинизмом говорил о Марате, мол, посмотрим что там за криминальный король такой выискался. Он ничего не боялся, и не боится до сих пор. Он опасен. Ты погубишь свою жизнь, если свяжешься с ним. Твоя жизнь будет наполнена страхом до конца твоих дней. Твой сын будет расти в условиях еще худших, чем детский дом. Он так же станет всеобщей мишенью и разменной монетой. Как ты стала для своего отца.