Он не смотрит на меня.
- Я не хотел тебя впутывать во всё это дерьмо, - он усмехается, глядя в пол. – Ты не представляешь, как это тяжело держать всё под контролем. Я надеялся, что смогу всё решить, не втягивая тебя в это разбирательство.
Он поднимает на меня взгляд.
- Поверь, я просто не хотел, чтобы ты переживала по этому поводу.
Некоторое время мы смотрим друг на друга, и я уверена, он ждёт от меня каких-нибудь слов, но всё, что я чувствую, это ужасную усталость и необходимость пережить обрушившиеся на меня новости, обдумав всё как следует.
- Лёш, я устала, - чувствую, как тяжелеют веки. – Мне пора.
Я хочу подняться, но сильные руки удерживают меня на месте.
- Я тебя не отпущу.
Шумно выдыхаю, притягивая его взгляд к своим губам.
Его слова звучат двусмысленно, и я чувствую, как всё внутри меня трепещет от этих слов, которые я желала услышать четыре года назад. Если бы он тогда не отпустил меня, приковал к себе всеми возможными способами, я бы не чувствовала себя так паршиво, не заставляла себя не думать о нём и не гнала мысли прочь по ночам. Я допускаю мысль, что у нас был бы шанс начать всё с начала, если бы я не дала согласие стать женой другому. О чём, кажется, жалею с каждым днём всё больше.
Я хочу сдаться его глазам, которые с мольбой смотрят и рукам, которые обжигают мою кожу, словно клеймя. От прежней холодности не осталось и следа. Но мне нельзя поддаваться соблазну, нельзя идти на поводу у своих желаний. Я уже дала слабину и чувствую себя отвратительно. Я словно вылила на себя ушат грязи, переспав с ним будучи помолвленной. И он не заслуживает этой грязи.
- Нет, Лёша, мне нужно домой, - говорю, а у самой всё внутри протестует, не желая покидать сладкий плен его рук.
- Я не буду приставать, обещаю, - в подтверждение своих слов он поднимает руки, показывая ладошки, словно сдается мне.
Мы не говорим друг другу ни слова, пребывая каждый в своих размышлениях. Я хочу ему поверить, чтобы остаться на ночь, чтобы лишний раз просто побыть рядом, но понимаю, что эта близость очень опасна, мы как бензин и спичка, не можем существовать рядом – слишком взрывоопасно.
- Анжелика, я даю слово, - его голос словно парализует меня, доставляя каждой клеточке небывалое удовольствие. – Между нами ничего не будет, пока ты сама этого не захочешь.
Глава 14
Я просыпаюсь в кровати Краснова, чувствуя себя разбитой, словно и не спала. Цепляясь взглядом за настенные часы, понимаю, что ещё слишком рано, но не могу больше лежать, увязая в своих мыслях.
Мужчина провел ночь в гостиной, на диване, сдержав свое слово. Какая-то часть меня испытывала некоторое разочарование, что он даже ни разу не прикоснулся ко мне после нашего разговора. Но так было лучше, особенно для меня.
Вот как в жизни бывает, жила я себе, жила, а потом все яркие воспоминания, которые я с теплотой хранила в памяти, разбились о скалы суровой реальности. Брак моих родителей оказывается не был идеальным. И если измены моего отца реальны, то всё, что я видела своими глазами – ложь. Правда, сама я не далеко я от папочки ушла, изменив своему жениху с бывшим опекуном, который был другом моего отца. Вот это я его конечно переплюнула.
Ступая беззвучно в коридор, чтобы не разбудить мужчину, направилась на кухню. В раздумьях о том, что приготовить на завтрак, наткнулась взглядом на широкую спину. Алексей выдыхал терпкий сигаретный дым в открытое настежь окно. Глубоко вздохнув, собирая свое самообладание в единое целое, шагнула вперед.
Мужчина, заметив движение, обернулся. Судя по выражению его лица, ночка выдалась непростой.
- Как ты? – спросил аккуратно.
- Всё могло быть хуже, - пожимаю плечами. – Не волнуйся, я не буду заниматься саморазрушением из-за отца.
Перед сном я очень много думала о родителях, прокручивая в голове воспоминания, которые со временем потеряли свою яркость и точность деталей. Но одно осталось неизменным. Я их любила и всегда буду любить. Мне плевать, что про моего отца будут говорить люди, которые знали его, возможно, лучше меня. Я его дочь. А он мой отец. Я никому не позволю опустить его в моих глазах, если даже он совершал неправильные поступки.