Глава 16
Вечер пролетел слишком незаметно. Я, охмелев от вина, с упоением слушала истории и не могла сдержать улыбку, ловя на себе взгляд серых глаз. Мы словно подростки переглядывались, общаясь лишь глазами, вкладывая во взгляды то, что не решались сказать.
Лысого бугая звали Михаилом, но в определенных кругах он был известен как Чёрт. Эта кличка отлично ему подходила. И чем больше алкоголя терялось в его организме, тем милее он мне казался. Его истории становились всё интереснее, а взгляд добрее.
Когда на улице стало слишком холодно для продолжения посиделок, все потихоньку начали расходиться. Оказалось, что у Князева и Чёрта дома по соседству и они не спеша поплелись по лесной дороге вглубь Сосновки.
Убрав со стола посуду и загрузив её в посудомойку, устроилась на диване, где уже расположился Краснов, щелкая пультом, переключая каналы ТВ.
- Не хочешь ещё вина? – он не смотрит на меня, сосредоточив внимание на новостной программе.
Я уже достаточно выпила за вечер и мой расслабленный организм не готов принять новую порцию алкоголя, к тому же голова кружится и мысли путаются. Вопросы, копившиеся многие годы так и рвутся наружу под действием градуса. И язык развязывается раньше, чем я успеваю подумать о последствиях своим опьяненным разумом.
- Мы же можем поговорить откровенно? – спрашиваю, но не дожидаясь ответа, продолжаю. – Как ты так быстро оформил опекунство надо мной? Это же достаточно долгий процесс. Я тут выяснила, что в нашей стране по завещанию нельзя назначить опекунство, это решают соответствующие органы.
Краснов поворачивается и сканирует мое лицо, оценивая уровень опьянения. На самом деле я готова принять любой его ответ. Я не стану обижаться или обвинять его в незаконности поступка, но мне важно знать, почему всё произошло именно так.
- Лёша, - растягиваю его имя. – Мне уже можно рассказать свои секретики. Мы взрослые люди, в конце концов.
Мужчина опускает глаза, пряча внезапную грусть, которая передается и мне. Понимаю, что мысленно он уже в прошлом, которое оставляет горький привкус и сама готова взвыть от своей глупости. Не нужно было задавать такие вопросы. У человека день рождения, а я пытаю его своим пьяным любопытством. Уже хочу сказать, что не стоит отвечать, но мужчина опережает меня.
- Я уже тебе говорил, что твой отец звонил мне незадолго до гибели, - он поднимается с дивана и подходит к камину, поворачиваясь ко мне спиной. – Он просил позаботиться о тебе, если с ними что-нибудь случится. Пришлось подсуетиться и напрячь некоторых людей, на кого-то даже надавить, но я не мог допустить, чтобы ты попала в интернат. Осуждаешь?
Я отрицательно помотала головой, не желая что-либо говорить, да и не нужно было это. Я услышала, что хотела и не нахожу в этом ничего постыдного. Уверена, что сделала бы точно также на его месте.
Алексей подбрасывает в камин несколько поленьев и подхватив с кресла плед, возвращается ко мне.
- Не замерзла? – заботливо накрывает ноги пледом, но выпитый алкоголь неплохо меня согревает, хоть и понимаю, что это временно и через некоторое время действительно начну замерзать.
Мужчина устраивается рядом, сохраняя дистанцию. Моя гордость задета таким холодным отношением, но мужчине стоит отдать должное, он отлично держит себя в руках.
- На самом деле у меня очень много вопросов, - я задумчиво сканирую его лицо, в ожидании его реакции. Мне очень хочется наконец-то поговорить, чтобы расставить все точки над i, и заполнить пробелы, образовавшиеся в нашем совместном времяпрепровождении.
- Ты можешь спрашивать, что угодно.
Меня удивляет с каким спокойствием Краснов соглашается на откровенный диалог. Это точно мой Краснов?
- Почему не сказал, что у тебя день рождения?
- Не самый радостный день, - с грустной ухмылкой сказал мужчина, - Я стал на год старше.
- Возраст тебе идёт, - не сдержалась я.
Краснов повернулся ко мне, прожигая взглядом.
- Следующий вопрос.
- Этот вопрос может показаться странным, ведь я сама тебя просила отпустить меня и всё такое, но почему ты не пытался вернуть меня, когда я уехала в Лондон?
Я зажмурилась, понимая, что несу полнейшую дичь и готова была получить насмешки со стороны мужчины, но открыв глаза, увидела спокойное выражение его лица.