Крепко сжимаю её ладони в своих, желая придать уверенности.
- Побереги слёзы для свадебной клятвы, - улыбаюсь, чтобы получить в ответ такую же улыбку подруги.
- Я так рада, что ты ещё не улетела в свою Англию, - говорит Марина, пытаясь согнать непрошенные слёзы взмахами ладонями перед глазами.
- Я тоже рада, - говорю я, но выходит как-то печально, что идёт в разрез со словами.
В результате получаю сквозь пелену подступающих слёз придирчивый взгляд подруги, от которой не скрылись печальные нотки в моем голосе.
Об одном лишь упоминании об Англии, я сразу думаю об Артёме, которого игнорирую всё больше, не отвечая на звонки, отделываясь сухими сообщениями. И совесть гложет изнутри, продирая острыми когтями плоть. Гореть мне в аду.
- Что-то случилось? – спрашивает Марина. – Ты весь день сама не своя.
- Да, случилось, – говорю на выдохе. – Но не волнуйся, я со всем справлюсь.
Я сама хочу верить в то, что говорю. Передо мной сейчас разворачивается настоящая война за компанию, за наследство, за правду в деле о смерти моих родителей, война за право на счастье. И пока что по всем флангам полная неразбериха, непонятно кто выбивает лидирующее положение.
- Анжи, не заставляй меня волноваться за тебя, - взгляд Марины, как у строгой матери и я не могу сдержать улыбку.
- А ты не волнуйся. Всё будет хорошо, как всегда.
- Как всегда? Последний раз ты улетела в Лондон. Это ты называешь «всё будет хорошо»? – с укором говорит Марина и я испытываю неловкость.
Мне хочется рассказать всё Марине, объяснить почему так получилось и почему я сейчас в таком подавленном состоянии, мне необходимо с кем-то поделиться своими переживаниями, но я не имею права грузить подругу перед свадьбой проблемами, которые она все равно не поможет разрешить, и лишний раз будет волноваться.
- Я больше не улечу, - уверяю подругу.
- Точно? – не верит она, прищурив глаза.
- Точно. Я уже всё решила. Я больше не улечу в Англию.
- Смотри у меня, если опять пропадешь, я найду тебя и сама прибью.
Угрозы Марины вызывают у меня лишь улыбку.
Глава 18
После примерки мы отправились к Марине домой. Квартира, в которой жили будущие молодожены, была небольшой, но очень уютной, наполненной настоящей жизнью. Во всех элементах декора я видела приложенную руку подруги. Яркие терракотовые шторы, яркие картины, цветы в жёлтых горшках, всё буквально отражало яркую натуру Марины. На полке в гостиной стояла коллекция слоников, уверена, привезенных из какого-нибудь путешествия. И я не могла не спросить Марину, куда они отправятся в свадебное путешествие.
- Никуда не поедем, - с грустью ответила подруга, разливая чай по чашкам, - Свадьба обходится в кругленькую сумму, на заграничные курорты уже не хватает, а на нашем юге уже холодно в октябре.
Я хотела ободрить подругу, но она улыбнулась:
- Петя сказал, что летом слетаем куда-нибудь, так что я не расстраиваюсь.
В этом была вся Марина, никогда не унывала и во всем видела только хорошее. А я чувствовала себя размазней на её фоне, сплошной комок пессимизма.
- Ты мне не нравишься сегодня, - подытожила она. – Весь день где-то в своих мыслях, и взгляд грустный. Ты точно не хочешь поделиться, что случилось? Я же вижу, что-то не так.
Рука Марины накрыла мою, как будто подруга могла передать мне часть своей внутренний силы. Я изо всех сил старалась держать рвущийся наружу поток слез и желание всё рассказать подруге, но я не могла так всё вывалить на Марину, у которой свадьба меньше чем через месяц, и она с головой погружена в свои заботы. Поэтому прикусила щеку и сделав глубокий вздох, натянула самое беззаботное выражение лица.
- Спасибо, Марин, но это не то, о чем тебе стоит переживать. Правда.
Ложь.
- Ну ладно, - нехотя ответила Марина, подливая мне новую порцию чая.
Я наблюдала как чаинки медленно кружатся в водовороте и медленно ложатся на дно чашки. Я словно чаинка, попала в водоворот и на поверхность уже не всплыву, а потону в своей лжи.