Её признание – подарок для меня. Я не наивный идиот, чтобы не понимать очевидных вещей. При этом, слышать из её сладкого ротика эти слова – лучше, чем просто знать об этом.
- Повтори, - прошу. Хочу ещё раз услышать, прежде чем поцеловать её.
- Люблю тебя.
Жадно сминаю её губы, пропитанные солью слёз. Выпиваю её стон, наслаждаясь тем, как она прижимается ко мне. Её ручки нерешительно скользят по моей груди, заставляя тело зудеть в желании почувствовать её касания к коже, а не сквозь ткань рубашки.
Разум рвёт, снося все стоп-краны. Хочу её, до одури. Но нельзя.
У девочки стресс, ей нужно отдохнуть. И я с трудом заставляю себя отстраниться. Заглядываю в затуманенные глаза и читаю в них желание, которое испытываю сам.
- Тебе нужно поспать, - шепчу, продолжая поглаживать большим пальцем её лицо, стирая остатки слёз. Читаю в её глазах испуг, поэтому быстро отвечаю, опережая её мысли. – Я буду рядом и никуда не уйду.
Глава 35
Анжелика.
Просыпаюсь с дикой головной болью, простреливающей мои виски. Чувствую себя настолько паршиво, насколько это вообще возможно. Морально и физически я разбита.
Мое вчерашнее признание мужчине, как на повторе всплывает перед глазами. На эмоциях, не смогла сдержать то, что давно сдавливало грудь. Мне должно стать легче, от того, что я наконец-то призналась, но на душе все равно поганки цветут. Теперь он будет знать, что я, любя его, собиралась замуж за другого. Кто я в его глазах?
Отмахиваюсь от этих мыслей. Уже поздно давать заднюю. Сказанного не вернуть.
Ещё и организм такую подставу организовал… Жмурусь до искр в глазах, в попытках прогнать неприятные воспоминания.
Открываю глаза, упираясь взглядом в мужскую грудь, обтянутую тканью рубашки. Мужчина размеренно дышит и, поднимая глаза, понимаю, что он спит. Рука Алексея прижимает меня к его телу, поэтому я не шевелюсь. Знаю, что Алексей страдает бессонницей и поэтому боюсь потревожить его сон.
Не шевелясь, рассматриваю его. Это продолжается не долго. Он словно чувствует мой взгляд и через несколько минут просыпается.
- Доброе утро? – спрашивает хриплым ото сна голосом. Мужчина не делает попытки отодвинуться, продолжая прижимать меня к себе.
- Доброе, - отвечаю, продолжая смотреть на него.
- Как ты себя чувствуешь?
Прислушиваюсь к своему организму, который, кажется, спокоен и не предвещает мне встречи с белым другом.
- Всё в порядке. Голова только болит, - отвечаю честно. – А ты?
Лёша улыбается. И от этой улыбки цветы могут зацвести. Какой же он красивый, когда улыбается. Он выглядит расслабленным, и я отпускаю все страхи и сомнения.
- Я так хорошо давно не спал, - он продолжает улыбаться. – Я заметил одну закономерность. Могу нормально спать, только если ты рядом.
Смущаюсь от его слов и опускаю глаза, улыбаясь. Тепло разливается по телу от осознания своей значимости. Алексей редко говорит то, что думает, и сейчас его искренность приятна мне.
Утро действительно начинается хорошо. Любимый мужчина рядом, крепко обнимает и смущает меня словами.
Кажется, что это лучшее наше утро, несмотря на всё, что происходит в наших жизнях, но всё перечеркивает телефонный звонок.
Алексей отодвигается от меня, лишая своего тепла и тянется к телефону, оставленному на тумбочке.
- Да, - серьёзно отвечает Алексей на звонок. – Что случилось?
Реальность слишком быстро находит нас.
Я встаю с кровати, и планирую скрыться в ванной, чувствуя, как хорошее настроение ускользает, ведь Алексея ждут неотложные дела, но мужская рука останавливает меня, удерживая за талию. Взглядом Алексей просит не уходить.
- Сейчас не могу приехать. Буду в офисе после обеда. Перенеси все встречи, - говорит не отрывая взгляда от меня. А затем завершает звонок и переводит телефон в авиарежим.
Смотрю на Алексея удивленно, не веря в происходящее.
- Тебе сегодня лучше побыть дома и отлежаться, - говорит, поправляя мои растрепавшиеся ото сна волосы. - После обеда у меня будет несколько встреч. Как освобожусь – сразу приеду.
Он ждёт от меня реакции, но всё что я могу – это молча смотреть в его глаза. Не знаю, что сказать. Я растеряна и удивлена. Но это невероятно приятно. Я боялась, что если он не возненавидит меня, то по крайней мере я буду противна ему, но происходит всё совсем по-другому.