Отвернулась от глухого забора, уткнувшись взглядом в кирпичную стену. Легкий ветерок заглянул в наш закуток, принес с собой запах раскаленного асфальта, потрепал волосы и завязки фартука, лениво прошелся по пыльной листве и умчался дальше.
- Что ты хотела?- Слизнула с песочной корзиночки воздушную пену взбитого крема, украшенного кусочками фруктов.
- Я говорила тебе про Карена. До тебя тут работала Алина. С какого-то хутора в области. Хохотушка, до работы не ленивая. Порхала как птичка. Не убиваемая оптимистка. Приехала подзаработать летом. Тоже приглянулась Карену. Один день не пришла на работу. Просто исчезла. Мы спрашивали у Рубена. Задним числом уволилась.
- Может и уволилась. С чего ты решила, что виноват Карен?
Мне тоже не нравился этот хлыщ самодовольный, но обвинять его, основываясь только на домыслах, я бы не стала. Мало ли какие у Алины были причины, чтобы внезапно исчезнуть.
- Нина ее потом видела в городе. Девчонка на себя не похожа. Точно войну пережила. Похудела, почернела. Нину не узнала, не поздоровалась и мимо прошла.- Она затушила сигарету. Выбросила окурок, точно попав в урну.- Мотай на ус, подруга. У Алоевых местный начальник полиции в родне. У того есть сын Тимур. Еще один отморозок. Папаша подарил ему дом где-то за городом. Про этот дом ходят плохие слухи. Карен, говорят, часто гостит там у братишки.
Часть песочной корзинки упала на асфальт, разлетевшись крошками. На бесплатное угощение тут же слетелись вездесущие воробьи. Зачирикали, запрыгали вокруг ног. Марина ушла. Механически прихлебывая ледяной кофе, смотрела на капающие с коробки кондиционера на асфальт капли, и тревога царапала внутри. Интуиция вопила, брать ноги в руки и бежать. А упрямство твердило, что Маринка врет. Боится, что Рубен положит на меня глаз и возьмет меня на ее должность в кафе и постели.
- Вот ты где, ягодка. Прячешься от меня?
От неожиданности вздрогнула. Предмет моих раздумий стоял в дверях, сложив руки на груди, упершись широким плечом в косяк.
- Воздухом дышу, отдыхаю. У меня перерыв,- отвернулась, демонстративно отхлебнув из стаканчика.
- Характер показываешь или цену себе набиваешь?- сощурил темные глаза Алоев.- Я терпеливый, но вечно ждать не буду.
- Чего ждать?- прикинулась дурочкой.
- Пока ты, ягодка, себе цену сложишь,- презрительно выплюнул слова Карен.- Ты же продешевить боишься. Не знаешь, что запросить за себя.
Если идиот считает тебя мусором, бесполезно ему что-то доказывать. Он никогда не изменит свое мнение.
Аппетит пропал. Я выкинула стаканчик с остатками кофе и выпечку в урну. Отряхнула пальцы. Часы напомнили об окончании перерыва. Но вернуться к работе не давал перегородивший проход мужчина. Он делал это намерено. Ждал, что я стану делать. Идиотская тактика заставлять и принуждать. Я сразу дала понять, что в нем не заинтересована. Но мальчику захотелось новую игрушку, а отказывать себе он не привык.
- Мне нужно работать. Пропусти,- потребовала, глядя в сторону.
Встречаться с ним глазами не хотелось. Я и так была на взводе. Слова Марины и преследование Карена только все усугубили.
Рвано выдохнула, глядя на капающие мерно капли, ждала.
- Иди. Я тебя не держу. Пока не держу.- Он немного сдвинулся в сторону. Я попыталась протиснуться в щель. Он схватил меня за плечи, прижал спиной к косяку и навис сверху. Ладонями уперлась в горячую грудь, пытаясь сдвинуть его с места. Попыталась вжаться в косяк, в попытке увеличить между нами расстояние. Чувствовала, как под ладонью сильно бьется сердце. Резкий запах его тела, туалетной воды смешался с запахом помойки, и меня затошнило.- Когда у тебя выходной?
- Пусти, дышать нечем,- прохрипела в сторону, задыхаясь.
- Девушка сказала, что не хочет с тобой общаться. Что не ясно?- прогудел голос Степана.
- Иди куда шел. Это моя девушка. Мы сами договоримся,- рыкнул Карен, не сдвинувшись с места.
В следующий момент Карен исчез. Я сделала вдох. Бросила взгляд на замерших друг напротив друга парней. Отмела трусливую мыслишку слинять и оставить их разбираться самих. Мысленно послала Карена и всю его родню куда подальше.
Степана, влипшего по моей вине, нельзя бросать. Прицепив резиновую улыбку, подошла к Карену, тронула за плечо. Пальцы ощутили вздутый бицепс. Парень был точно пружина на взводе.
- Карен, остынь.
Думала, он не услышит, но он услышал. На меня глянули налитые злобой глаза.