Обнаженный по пояс… Бедра обмотаны полотенцем… С взъерошенных темных волос капает вода… Его тату дракона на плече… На груди отметины ногтей…
Он спит с этой…?
Взгляд отметил синяки засосов на шее и царапины на плечах.
И что он будет врать насчет царапин? Снова мифическая кошка? Точно кошка: длинная, тощая, страшная как божий грех… из породы больных лишаем сфинксов.
Глядя на все происходящее у меня речь отнялась. Я молча открывала и закрывала рот, вытаращившись на наглую парочку, пока пальцы зачем-то развязывали бечевку на коробке с тортом. Перевела взгляд на дылду, самозабвенно перебирающую в кожаном портмоне шуршащую наличность.
Мазнув по мне взглядом, Антон вспыхнул злостью, глядя на девицу, беспардонно шарящую по карманам. От его равнодушия, игнора, приправленного презрением, ярость и обида закипели внутри.
Матов не хватает для этого засранца! Совсем уже ни во что меня не ставит! Мы встречаемся больше года, а он делает вид, что меня не знает! Вот же гад!
- Какого черта, Лер, ты лазишь по моим карманам!- вспыхнул возмущением уже мой бывший парень.
- Не кипишуй! Я у тебя возьму расплатиться,- отмахнулась от претензий Лера, не оглядываясь на Антона.- У меня деньги на карте. А Светка только наличкой берет.
Антон нехорошо щурится, разглядывая подсчитывающую наличность девицу. Пластик упаковки негромко хрустнул в моих руках, не привлекая внимания.
- Дело не в деньгах, хотя в них тоже. Я ненавижу приторно сладкое и жирное,- слишком спокойно произнес Антон. Я и торт по очереди получили уничтожающий взгляд. Дылда хмыкнула, продолжая шевелить губами, сосредоточенно считая деньги. Семьсот шестьдесят рублей сам торт. Плюс пятьдесят за доставку. У кого-то проблемы с математикой!- Ты знаешь, и все равно заказываешь эту гадость… Смотри на меня, когда я с тобой говорю!- срывается он на крик.
От неожиданности мы с Дылдой подскакиваем на месте. Пластиковая крышка с торта со щелчком соскакивает и отлетает в сторону, приземляясь у дверей соседей. Подхваченный под низ торт удобно устроился на ладони.
- Я люблю сладкое. У меня метаболизм ускоренный. Не хочешь есть – я себе возьму,- оправдывается девушка, застывая с портмоне и пачкой денег в руках.
- Хочешь разожраться, как она?- Он презрительно кивает в мою сторону. Обиженно поджимаю губы. Я вообще не толстая. Дылде разожраться точно не грозит. А ему можно было бы и подкачаться.- Учти, такие жирухи в кадр не помещаются. И на них приличную одежду не шьют. Не видать тебе просмотра! - впадает в истерику Антон.
Шатенка кусает губы, с виноватым видом поглядывая на Антона. Я тоже молчу, проявляя чудеса выдержки. Как будущий врач не имею права истерить, впадать в ярость, неадекватно себя вести.
- До нее мне толстеть и толстеть,- нарывается на ответное хамство Дылда.- А от тебя только одни обещания пока. Заплати последний раз. Я тебе верну,- с обидой и упреком глядя на орущего и хамящего без стеснения Антона, блеет его тощая коза.
Что упырь ей ответил, я уже не слышала. Переступила порог, бросила сожалеющий взгляд на Дылду, и решительно сделала оставшиеся пару шагов до стоящего на пути бывшего. Прикинув траекторию, с размаху впечатала в красную перекошенную гневом рожу тортик. И повозюкала по ней от души, пока он впал в ступор от моей наглости. Раздраженное шипение сменяется криком и кашлем, переходящим в смех его плоскогрудой подружки.
- Сдачи не надо,- бросила ему, в попытках стереть размазывающему крем по лицу, развернулась и пулей вылетела на площадку.
Скатилась по ступенькам и выскочила на улицу. Скрывшись из чужого двора, остановилась в теньке. Истерично смеясь, присела на заграждение, с удовольствием вспоминая рожу измазанную кремом.
Светке я заплачу. Удовольствие того стоило. С Антоном все ясно. Хорошо у нас до главного так и не дошло. Интересно, Светка специально подстроила все это, чтобы раскрыть мне глаза? Теперь уже не важно. Сил моих нет, здесь оставаться, да и желания тоже. Если проведу в этом городе, на этой жаре еще сутки – сойду с ума.
Куда там обманутый герой классика рванул? Кажется к тетке в деревню, в глушь, в Саратов? Отличная идея! Только моя бабуля живет в Сочи. Говорят, море лечит. Вот и проверю.
***
Степан
В теле еще бушевала кровь, и в каждой клеточке разливалась нега после двухчасового секс-марафона. Подперев голову ладонью, разглядывал ее в миллионный, наверное, раз, и не мог отвести взгляд. Сейчас она само совершенство.