- Спасибо, Степ,- шепнула я, глотая слезы.- Спасибо, что спас.
- Спасибо много,- пробормотал он, пробираясь по территории так, что бы не попадать в полосы света. Крепко держал меня за здоровую руку.- Сына моим именем назовешь… По заборам умеешь лазить?
Нам повезло, окна комнаты выходили на «задний двор», где было темно и пусто. Собак, обычно патрулирующих территорию таких особняков, сегодня убрали. Из-за скопления народа, все внимание было важным гостям. Про задворки дома забыли.
- Назову сына и дочку,- пообещала ему. Собралась, затолкав слезы и сопли подальше. Сейчас важнее выбраться из логова парочки садистов незамеченными и где-нибудь надежно спрятаться. А там можно и поплакать всласть, жалея себя.- Забор… Если надо – залезу.
Короткими перебежками мы подошли к высокому, метра в два с лишком, забору, скрытому декоративными колючими кустами. Степа раздвинул можжевельник голыми руками, освобождая доступ к кованому ограждению.
- Давай, красавица, по этим завитушкам вверх. Я подстрахую,- отдавал мне команды Степан, поглядывая то по сторонам, то на меня.- Поторопись.
Я глянула наверх, рвано выдохнула и решительно взялась за показавшееся ледяным железо. Рядом пыхтел Логунов. Несмотря на габариты, он карабкался куда проворнее меня. И вскоре уже помогал перелезть через острые пики, которыми была увенчана ограда.
Глава 9
Степан
Целый день меня грызло неприятное чувство. Интуиция о чем-то пыталась предупредить. Я никогда не игнорировал знаки своего ангела-хранителя. Началось это в армии. В горячих точках пригодилось. Потом, на гражданке вроде как прошло. И сегодня снова. Я не собирался лететь самолетом или гонять на скорости, но интуиция требовала осторожности. Еще бы понять, где и в чем.
Началось все с приснившегося кошмара, в котором спасал Алену от пары черных волков, невесть откуда взявшихся. Свернул им шеи голыми руками. Кошмары случались во сне, как и в жизни. Я не обратил внимания. Но сердце трепыхалось, после ледяного душа меня кидало в холодный пот, а внутренний червяк не переставал точить об меня зубы. Логика подсказывала, что снова вляпалась Алена-ягодка. Надо бы позвонить, но не хотелось навязываться. Написал что-то глупо-нейтральное в сообщении, надеясь на такой же ответ.
Пох уже что именно напишет. Главное, что у нее все было хорошо.
Но заноза молчала. Стараясь отвлечься, сходил на рынок прикупил продуктов. Брал, не торгуясь, чем обижал некоторых торговцев - любителей поторговаться. Почти не плавал, плавился на шезлонге, чутко прислушиваясь к телефону. После обед зуд интуиции так и не успокоился. Позвонил домашним, узнал, что у них все в порядке. Алена партизанила, на сообщения не отвечала. Улегшись удобнее, решил поискать ее в соцсетях.
Легко нашел страницы. Заходила сутки назад.
В сетях не сидишь, так чем же ты занята, Алена, что не можешь ответить? Игнор? Но я же переживаю. Вдруг этот гордый «сын гор» тебя выследил.
Медленно пролистывал стену, отмечая про себя, что девочка постила все, что касалось ее учебы и немного фото с тех же занятий и практик. Маловато. Ни подозрительных парней, ни тусовок в клубах. Складывалось впечатление очень правильной девочки. Но я впечатлению от страничек в соцсетях не доверял. Информация не обновлялась с момента, как она получила диплом.
Разглядывал фото вымученно улыбавшейся девушки. Уставшие глаза, серый цвет лица, синяки под глазами. Мне стало жаль девчонку, убившуюся за диплом. Не похоже, что ей нравилось учиться. То ли дело я…
Мне нравилось учиться, нравилась группа. Лучше четыре года в моей жизни. Вспомнилась хрупкая блондинка Вероника, ее игры с глупым первокурсником. Я помрачнел и нажал на вызов номер Алены. Вызов шел. Но она не ответила. Я перезвонил еще раз с тем же результатом.
И хрен с тобой, ягодка! Тоже мне принцесса!
Настроение испортилось окончательно. Помянул мысленно неприступную Алену плохим словом, собрался и пошел домой. По дороге все же решил засунуть гордость подальше и смотаться к ней домой. Интуиция меня не подводила раньше. Но я надеялся, что подведет сейчас.
Пока заехал домой, выпил кофе с бутербродами и переоделся, стемнело. У калитки Алениного дома отирался сосед. Тот самый женатый Леха, чья жена на сохранении. Высокий, плечистый со смазливой рожей, на которую ведется каждая вторая. Такой не привык к отказам, считает это бабской игрой набивания себе цены.
Презрительно оглядел его, бросил взгляд на темные окна дома, вспомнил про Аленкину конспирацию, и снова уставился на соседа Леху. Выдержав мой взгляд, тот понятливо посторонился, давая позвонить.