- Снова филосовствуешь,- заметил Степа.- Давай-ка найдем твоему язычку занятие получше.
Неожиданно еще минуту тому расслабленно лежавший мужчина сделал подсечку, поймал меня, усадив на колени лицом к себе. Не давая мне времени опомниться, оплел руками и поцеловал.
Надо бы осадить нахала, чтобы не распускал руки и язык. Но у меня во рту два языка и обоими я не владею.
- Степа… остановись,- вовремя вспомнила про данное себе слово и нашла в силы оттолкнуть его.- Я не хочу. Не здесь и не сейчас.
- Ок,- как-то слишком быстро согласился он.
Я даже почувствовала разочарование. Несколько мгновений глаза буравили меня. Я чувствовала, частый стук сердца под пальцами. Сделав судорожный выдох, Степа успокоился. Фуражка заняла свое место на носу. Он снова растянулся под мачтой, точно ничего не было минуту тому. Глядя на все это, я уже сомневаюсь, что что-то было.
На палубе мне делать нечего. Лучше спуститься в каюту и все обдумать. Это ведь не последний раз что он пристал, наверняка попытается еще. Не исключено, что сегодня. Вот только мне это не нужно. Я не его подружка Жанна. Жаль, если разругаемся. И все же лучшая проверка мужчины – это сказать ему нет.
- Что не так? Ты какая-то… напряженная.
Степа внимательно следит за тем, как я поправляю завязки купальника.
- Настя, – призналась я. Мысль о сестре червячком вины грызла мозг.- Настя осталась там. Оба отморозка, накачанные чем-то и пьяные теперь злые на меня и тебя…да еще выволочка от Рубена. Они отомстят ей. Карен пока в больнице. Но его родич, обещавший жениться, может… И помочь ей некому.
Я сама только осознала кошмар, на который подписала меня сестра, а с большой долей вероятности достался он ей. Внутри шевельнулась жалость.
- Тебе ее стало жаль,- удивился Степа.- Мать Терезой подрабатываешь? Ну, беги, спасай сестричку-подлючку.
Он махнул в сторону берега. Я резко поднялась с места, выдохнула, пытаясь немного успокоиться. Степа решил, что ее надо спасать. И делать это именно нам с ним. Или испытывать дикое чувство вины, что я вырвалась, и теперь «обязательную программу» с Гаязовым придется отрабатывать ей. А радоваться, что она упала в ту яму, которую рыла мне, - это вообще преступление.
- Я не святая Мать Тереза и не Санта, способные успеть ко всем страждущим. И… почему я?! Что же ты, Супермен, не рвешься ее спасать?
- Я вообще не уверен, что нужно кого-то там спасать. Проблема была у тебя. Она мне не жаловалась. Ее все устраивало: и место, и та горилла. И она должна была понимать, на что подписалась, продавая тебя. Ей не пять лет, чтобы верить двум отморозкам. Мне позвонить в полицию и сообщить?- он даже не скрывала иронию.- Правда, там тоже их близкая родня. И звонок дальше отделения полиции не пройдет. И как далеко простираются у них руки – я не знаю. Потому не уверен, что помогу ей и не наврежу при этом себе. К примеру, я позвоню, сообщу, что в доме насильно удерживают девушку. В доме, где живет глава администрации города? Мне припишут терроризм, взрыв машины родича главы и упекут далеко и надолго.
«Так что придется Насте расслабиться и получить удовольствие»,- мысленно закончила я, не зная, как помочь сестре и не подставить себя.
Глава 14. 1.
Алена
Тесная каюта и два не обремененных обязательствами разнополых тела, плюс взаимная симпатия сделали свое дело – мы снова переспали. Степа умеет уговаривать, а у меня не оказалось аргументов и желания, чтобы отказаться. Мне показалось, он на эмоциях прошептал что-то про любовь. Врал, зато получилось красиво, как в настоящем курортном романе.
Меня разбудил бубнеж. Приоткрыв один глаз, разглядела очертания предметов. Мои внутренние часы утверждали, что сейчас не больше четырех часов. Степан где-то наверху снова что-то кому-то раздраженно втолковывал. Попыталась вникнуть в суть разговора, но сон утащил обратно в свои объятия. Очнулась от легкого прикосновения к лицу. Степа топтался рядом с постелью, натягивая спортивный костюм. В тесноватом помещении он едва мог развернуться с его габаритами и задевал меня.
- Ты куда?- сонно пробормотала я, высунув нос из-под простыни.
- Я вернусь к обеду. Спи.
Я почувствовала сухой «клевок» в щеку. Вдохнула запах его туалетной воды. Прогнала мысль, что он куда-то принарядился.
- Степ, ты куда?- снова повторила свой вопрос.
- На пирс. Порыбачу.
Последней связной мыслью было удивление. Степа не упоминал свою любовь к рыбалке. Он и рыбу-то не особо любил.
Проснулась я, когда солнце прилично жарило, а во рту пересохло. Прислушалась, с удивлением понимая, что на яхте сейчас одна. И пусть он пригнал ее к берегу. И сейчас мы у пирса яхт-клуба, мне стало как-то не по себе. Вспомнила, что он обещал вернуться к обеду. Что-то подсказывало, что обед наступил, а Степы все еще нет.