Застонав, я перевернулась на живот. Нет, похоже, заснуть мне сегодня не удастся. Я снова легла на спину. Сняв с головы полотенце и распустив еще не высохшие волосы, я села. В сознании теснились образы, которые я гнала всеми силами. Эта огромная тень все еще пугала меня. Раз забыть не получается, то попробую убежать от неприятных мыслей. Например, в душ!
Я спустила ноги с кровати, и холод паркета больно ударил в пятки, вернув хоть какое-то ощущение реальности. Но образ Дениса, исчезающего у меня на глазах, был куда реальнее. «Мы сохраним тебя...» — что он имел в виду? И почему это был он, а не Александр?
Вода в душе была почти обжигающе горячей, но я не могла согреться. Внутри оставалась ледяная пустота, оставшаяся от того взгляда в ничто — от Тени. Я стояла, подставив лицо потокам воды, и пыталась вымыть из памяти этот пронизывающий шепот: «Диаа-а-на...».
Выйдя и завернувшись в халат, я на цыпочках прошла на кухню за водой. В гостиной горел ночник. И в его тусклом свете я увидела силуэт, сидящий в кресле у окна. Леша. Он не спал. Он смотрел в ночь, и в руке у него был зажат какой-то маленький, темный предмет, отбрасывающий блики на его напряженное лицо.
Услышав мои шаги, он обернулся. В его глазах не было удивления, лишь та же усталая тревога, что грызла и меня.
— Не спится? — тихо спросил он.
Я только покачала головой, подходя ближе.
— Мне приснился Денис, — прошептала я, садясь на подлокотник его кресла. — Тот, сводный брат Кристины. И... что-то еще. Огромная Тень. Она охотилась за мной. А Денис... он пытался меня спасти, но она его забрала.
Леша резко сглотнул, его пальцы сжались вокруг того предмета.
— Это не просто сон, Диан, — его голос был беззвучным шепотом. — То, что происходит... это война. И она ведется не только здесь. Она идет и там, — он мотнул головой, указывая на мои виски. — В снах. В мыслях. Они ищут лазейку.
Он разжал ладонь. В ней лежал небольшой, отполированный до зеркального блеска черный камень с естественным отверстием посредине.
— Держи, — он протянул его мне. — Бери. Мама говорила, он помогает от дурных снов. Отводит взгляд того, кто следит.
Я взяла гладкий, теплый от его руки камень. И в ту же секунду в голове у меня пронеслась строчка из дневника, которую я раньше не придала значения: «...и камень сквозной, что видит насквозь, от взгляда Иного укрыть сможет».
Я сжала камень в ладони, чувствуя, как по коже бегут мурашки. Леша что-то знал. Знавал. И он, и мама, и, возможно, даже прабабушка. Они готовились к этому всю жизнь. А я была эпицентром бури, о которой даже не подозревала.
— Спи, — тихо сказал он, вставая. — Я посижу тут еще.
Я вернулась в комнату, зажав талисман в руке. Сон не повторился. Но ощущение, что где-то там, за тонкой завесой реальности, эта Тень все еще ищет меня, не покидало. И слова Дениса из сна эхом отдавались в тишине: «Мы сохраним тебя». Теперь это звучало не как обещание, а как отчаянная попытка выполнить невыполнимую миссию.
Времени, проведенного в душе, мне явно не хватило, даже вместе с сушкой волос. Завернувшись в махровое полотенце, я прошла в свою комнату. Было еще рано и, переодевшись в длинную белую футболку, я села у окна.
Теперь попробуем разобраться – сны. Почему они начали мне сниться? Что они означают? Денис - он тоже связан с этим? А Кристина? Сразу вспомнился ее отстраненный взгляд. Ясно только одно - что-то не все чисто с этой семейкой.
Я опустила взгляд на подоконник и заметила тонкий слой белого порошка у рамы. Проведя пальцем, я поднесла к лицу. Соль? Кто ее тут рассыпал? Подняв глаза к окну, увидела Лешу стоявшего на крыльце.
Было видно, что он тоже недавно встал - по растрепанным волосам. В руке он держал кружку с чем-то горячим - легкий пар поднимался вверх.
Что-то в этом мне показалось смутно знакомым. Перед глазами замелькали образы из жизни. Чьей? Моей? Я спускаюсь с лестницы, оглядывая комнату – словно оказалась в прошлом веке – посреди комнаты огромная люстра с множеством свечей, пламя которых переливается в каплях хрусталя, образующих лепестки роз с бронзовыми переплетениями. Невольно залюбовавшись, я опускаю глаза и вижу красиво обставленную гостиную – дальнюю стену занимает камин – большой и величественный, в котором потрескивает огонь, рядом с ним два кресла в итальянском стиле с атласной обивкой, вдоль стены комод. Широкие окна закрывают тяжелые портьеры штор темно-бордового цвета. Вся комната была сделана в красно-золотых тонах. Спускаясь все ниже, предо мной все шире открывался мир роскоши и богатства. Но что, же я здесь делаю? Это похоже на сон. Вдруг меня за талию обхватили сзади.