Я шутливо сделала реверанс и вдруг по отражению промелькнула тень. Я замерла – что это было? Может, показалось? Оглядев комнату и ничего необычного не найдя, я вплотную подошла к отражению. Скорее всего, просто игра воображения.
— Хм, неужели ты из тех девчонок, которые любят часами вертеться перед зеркалом? – услышала я голос за спиной. В дверном проеме, облокотившись, стоял Леша.
— Конечно, нет, — оправдалась я. — Просто показалось что-то.
В глазах брата мелькнуло удивление. И на секунду мне даже показалось что страх. Возможно, усталость от переезда так действует на меня.
— Поехали со мной, – предложил он. – Поедим в кафе.
— Конечно – улыбнулась я. — А тетя?
— Она уехала по делам, такое случается, - ответил Ник. – Наказала меня тебя покормить и просила передать, что поговорите, когда она вернется.
— Понятно, тогда едем! – подхватив его под руку, ответила я.
Выехав из тихого двора, Леша свернул не в сторону шумного центра, а вглубь старого района, где узкие улочки были вымощены брусчаткой. Он остановился у невзрачного, но уютного двухэтажного домика с вывеской «У Марка» на старом французском языке.
- Здесь готовят лучший в городе шоколадный фондю, — сказал он, открывая передо мной тяжелую дубовую дверь.
Внутри пахло кофе, растопленным шоколадом и старой книжной пылью. Мы устроились в углу, на мягком диване, и Алексей, не глядя в меню, заказал два фондю.
- Знаешь, — начал он, когда официант ушёл, — мама не всегда была такой... собранной. После того как твоя мама... уехала, она несколько дней просто ходила по квартире, не в силах ни на чём сосредоточиться. А потом взяла себя в руки. Для тебя.
Я молча смотрела на него, чувствуя, как комок подкатывает к горлу. Я была так сосредоточена на своей боли, что не думала, как всё это отразилось на них.
- Она тебя очень любит, — тихо добавил он. — И я помню тебя маленькой. Ты всегда была как сестрёнка, которую у меня никогда не было.
В этот момент принесли фондю — небольшой котелок с густым, дымящимся шоколадом и тарелки с кусочками фруктов, зефира и бисквита. Ник обмакнул клубнику в шоколад и протянул мне.
- Правила, конечно, никто не отменял, — улыбнулся он. — Но сегодня давай просто забудем обо всём. Сегодня мы просто брат с сестрой, которые едят шоколад.
И в тот вечер, в тёплом свете ламп, с сладким вкусом шоколада на губах и с лёгкостью в сердце, которую я почувствовала впервые за последние дни, я поняла, что даже в самой тёмной ситуации есть место для тепла. И это тепло исходило от моего двоюродного брата, который в один миг стал мне по-настоящему родным.
Мы смеялись над какой-то его историей из детства, когда я обмакнула зефирку в шоколад и почувствовала на себе чей-то взгляд. Подняла глаза и застыла.
У нашего стола стояли две девушки. Одну из них, с озорными карими глазами и густыми каштановыми волосами, я узнала бы везде — Лика. А вторую, ту, что была выше и стройнее, с осторожной улыбкой, мое сердце узнало раньше разума — Юля. Мы были неразлучны все лето шесть лет назад, когда я гостила у тети. Мы строили шалаши в соседнем парке и клялись быть подругами навеки.
- Это правда ты? — прошептала Юля, ее глаза округлились от неверия.
Лика, недолго думая, шагнула вперед.
- Господи, я бы узнала этот взгляд везде! Где ты пропадала?
Леша с удивлением посмотрел то на них, то на меня. Я чувствовала, как наваливается целая лавина воспоминаний. Радость, растерянность, грусть — все смешалось.
- Я... я только сегодня приехала, — наконец выдохнула я, вставая. Неловкие объятия, смех, пахнущий духами юности и шоколадом.
Оказалось, что они все еще живут тут, учатся в местном университете и зашли в кафе просто так, по старой памяти. Они забросали меня вопросами, но я, бросив взгляд на Лешу, отвечала уклончиво: