Чувство страха, охватившее ее, когда она услышала по телефону голос Тони, усилилось и переросло в настоящий ужас. Что если Тони будет обвинять ее как соучастницу преступления? Станет угрожать рассказать обо всем Итану? Или, еще хуже, Бену и Карлин? О, Боже, если бы они хоть отдаленно подозревали, что она заставила Тони сделать! Они бы вычеркнули ее из своей жизни. Перед взором Наташи встал образ ее полной жизни красавицы матери.
«Напрасно я так боюсь, — убеждала себя Наташа, глядя, как дрожат зажатые в коленях руки. — Я дам Тони все, что он только захочет. Любые деньги! Я найду способ достать их! Тем более это не так уж трудно». Поначалу ей было приятно обнаружить, как мало значили деньги для ее мужа. Сказать по правде, она могла снять с их счета практически любую сумму, и он никогда бы не стал спрашивать об этом. Неожиданно Наташа почувствовала себя лучше. «Все правильно, — подумала она, — я приду, выслушаю его и дам ему все, что он потребует». Она сделала глубокий вдох и постаралась успокоиться. Когда она вышла из такси у огромного блочного здания, ей удалось, ничем не выдав своей нервозности, попросить швейцара позвонить Тони Келлнеру.
— Ну, для нашего первого свидания ты выглядишь не очень привлекательно. — Тони стоял на пороге и смотрел на нее, когда она выходила из лифта на двенадцатом этаже.
Наташу кольнул страх, слова «первое свидание» напугали ее, она подумала было резко ответить, но решила, что вежливость будет более уместна.
— Привет, Тони. Ты стал совсем взрослым.
— Я рад, что ты это подтверждаешь, — ухмыльнулся Тони, — значит, мы быстро поймем друг друга. — Он оторвал свое крупное тело от дверного косяка и сделал широкий жест рукой. — Прошу.
— У тебя великолепная квартира, — сказала Наташа излишне весело.
— Хорошо, что она тебе Нравится, у тебя будет возможность осмотреть ее всю.
«Он специально запугивает меня», — сказала себе Наташа, подходя к большому окну в конце продолговатой гостиной.
— Потрясающий вид на парк, зимой, наверное, ты смотришь, как катаются на коньках.
Тони подошел к ней сзади и стал так близко, что она почувствовала на затылке его дыхание.
— Почему ты не хочешь снять жакет, Таш? Тебе будет гораздо удобнее.
— Тони, мне и так хорошо, просто чудесно. — Наташа услышала в своем голосе начинающуюся панику. «Я останусь спокойной, — поклялась она себе, отворачиваясь от окна и направляясь к угловому белому дивану у противоположной стены». — Так ради чего ты пригласил меня?
— Нам некуда спешить, у нас масса времени, чтобы это выяснить, — ответил Тони с нескрываемым удовольствием.
— Меня ждет муж. — Наташа пошла к входной двери. — Я обещала вернуться домой к девяти.
— Ты не попадешь домой к девяти, позвони и сообщи ему об этом. — Тони подошел к белому телефону на инкрустированном мрамором столике красного дерева, поднял трубку и протянул ей.
— Тони, оставь этот чертов телефон. Я не стану звонить мужу и не намерена оставаться больше ни минуты.
Наташа потянулась к ручке двери, но он мгновенно пересек комнату и загородил выход. Теперь наигранная улыбка исчезла, и на его лице были написаны истинные чувства. Она в испуге попятилась, а Тони проводил ее взглядом, но не сдвинулся с места и сперва даже ничего не сказал. Наташа оцепенела, посчитав, что хуже уже быть не может, но через несколько минут, когда он наконец заговорил, поняла, что ее страхи только начинаются.
— Наташа, ты у меня в долгу. — Его голос был хриплым от ярости. — Ты в долгу у меня много лет, и теперь пришло время расплачиваться.
Наташа повернулась к нему спиной к медленно пошла обратно в гостиную, стараясь придумать, что сказать.
— Послушай, Тони, все, что произошло тогда, осталось в прошлом. — Она указала на обитую бархатом мебель и многочисленные написанные маслом картины, украшавшие стены. — Теперь мы оба взрослые, оба добились успеха. Мы поступили ужасно, когда были детьми, и теперь оба сожалеем об этом.
— Прекрати этот лепет, — стоя прямо перед ней, Тони с отвращением разглядывал ее. — Тогда все это сделали не мы, сделала ты. Ты сделала из меня идиота, и, — он усмехнулся, — между прочим, ты убила свою мать.
Наташа в страхе зажала уши руками.