Остаток эпизода содержал ссору между Тори и Эммой, о которой я не знала, монтаж Бэйли, танцующей в бикини, и групповое свидание в студии звукозаписи. У меня не было сомнений, что вся остальная Америка закатывала глаза вместе со мной, когда на экране показали паническую атаку Анны. Она задыхалась, но когда Джулиан поднял её, чтобы вынести из ванной, дышала просто превосходно.
Во время проигрывания наших песен камера поймала момент, когда мы с Джулианом смотрели друг на друга. Но когда он подмигнул мне, показали крупным планом лицо улыбающейся Бэйли. Я заметила, что множество моментов, когда Джулиан смотрел на меня через всю комнату, смонтировали так, что казалось, словно он смотрел на других женщин.
Шоу уделило только пять минут показу неловко смешного свидания с Самантой и Эммой. Это было забавно, потому что время шло, пока Эмма болтала. В кадре всё показывали Джулиана и Саманту, которые просто сидели, выглядя заскучавшими, и не проронили ни слова.
Хотя свидание две-один было после Церемонии браслетов, свидание показали первым. Двухчасовой эпизод закончился Церемонией браслетов, и я наблюдала за лицом Джулиана. Может быть, я была предвзята, но не увидела, чтобы он смотрел на кого-то так, как смотрел на меня.
Когда пошли титры, и показали удалённые сцены, я увидела себя и Джулиана за кухонным столом, глядящих друг на друга. Моё сердце сжалось, и даже когда они перешли к другим сценам, я всё ещё думала о Джулиане. Не то чтобы я когда-либо прекращала о нём думать, но от того, что я смотрела на его лицо, мне хотелось, чтобы я могла переиграть последние шесть часов.
Я не знала, что бы я сделала иначе, но знала, что возникшая душевная боль грозила заставить меня заплакать. Я не должна была включать, но не смогла удержаться. Когда сказали смотреть следующий эпизод «Единственной» во вторник, я знала, что буду это делать.
Я выключила телевизор и потащилась в кровать. Приготовилась ощутить боль и разочарование, которые ощущала после Тейта. Но этого не было. Вместо них я чувствовала себя совершенно опустошенной. Тейт хотел быть свободным, чтобы встречаться с новыми женщинами, которых бы принёс ему успех. Джулиан хотел быть со мной, но был обязан по контракту встречаться с другими женщинами. Я не ожидала, что Тейт сделает то, что он сделал. Но даже с учётом того, что я знала, что Джулиан будет встречаться со всеми подряд, я не ожидала почувствовать к нему что-то. С Тейтом я чувствовала боль и разочарование, а после того, как всё закончилось, я по нему не скучала. С Джулианом я чувствовала утрату и пустоту, и полное отрицание того, что всё кончено.
Это к лучшему. В конце концов, это к лучшему.
Мне пришлось напоминать себе, что это было к лучшему, когда я проснулась на следующее утро, но без остатков адреналина в крови в это было труднее поверить. Следующие два дня я едва ли покидала спальню. Пятница и суббота были размытым пятном пробуждения, погружения в свои чувства, мытья, продолжения валяния в постели, а потом беспокойного сна. Я читала и снова перечитывала стихотворение Джулиана, во время чего или плакала, или боролась с желанием заплакать. Я вообще не выходила из номера. В воскресенье я, по крайней мере, сидела в гостиной. Пыталась читать свою книгу стихотворений Пабло Неруды, но когда дошла до стихотворения «Absence», не выдержала и разрыдалась.
Я была такой эмоциональной частично из-за красоты стихотворения, но преимущественно потому, что именно оно было написано на листе бумаги, который я подбросила в карман Джулиану.
Нормально ли это и здраво ли — скучать по кому-то так сильно после такого короткого периода времени? Нормально ли это — влюбиться в кого-то за такой короткий промежуток времени? «Единственная» — это не нормально. Не знаю, что это шоу сделало со мной, но это не нормально.
В понедельник у меня появились силы отважиться выйти из номера. Не то чтобы я могла далеко уйти, будучи ограниченной в перемещениях одним этажом, но это была уже смена обстановки. Я пошла пополнить запасы сладостей для своей мини-кухни и натолкнулась в зоне отдыха на Николь. Она сказала мне, что Саманту отправили домой в тот же вечер, когда ушла я, и что кто-то ещё заселился в номера в субботу вечером, но она не знала, кто именно.
Я спросила о первых двух женщинах, а она ответила, что только десять последних заселяют в номера.
Мы немного поговорили и решили, что план здания и изолированность комнат выбраны, вероятно, для того, чтобы дать каждой время погоревать о разрыве. Я сказала ей, что всё ещё хотела побыть какое-то время одна, но мы договорились посмотреть следующий эпизод «Единственной» вместе в лаунж-зоне.