– В таком случае, приглашаю вас на танец, прекрасная незнакомка.
***
Находясь в бальном зале загородного поместья герцога Гамильтона, Стивен откровенно скучал. Он с ленивой небрежностью осматривал через прорези маски прибывающих гостей, и ни одна особа женского пола не смогла впечатлить его настолько, что ему захотелось бы немедленно к ней приблизиться.
– Ты выглядишь угнетенным, – заметил его еще один друг. Дерек Хант не принадлежал высшей аристократии. Выходец из простолюдинов он смог добиться небывалых высот в их обществе. Сын простого лавочника Хант был настолько удачлив, что уже имел одно из самых больших состояний в их стране. И пусть его не принимали во многих домах знати, но с ним считались. А Стивен и Гамильтон были достаточно прозорливыми людьми, чтобы понять всю выгоду сотрудничества с Дереком. И постепенно их деловые отношения переросли в дружеские. Фактически для Ратленда Дерек Хант стал единственным человеком после Гамильтона, которому герцог доверил бы свою жизнь.
– Скорее разочарованным, – протянул Стивен, поднося бокал с шампанским к губам.
– Интересно почему? Тут достаточно много привлекательных женщин, – Хант выглядел крайне довольным, когда обвел взглядом развернувшийся перед ним зал.
– И как ты это понял, когда лица всех женщин скрыты масками? – поддел его герцог.
– Мой друг, ты смотришь только на лица? Тогда понятно, почему ты так не доволен сегодняшним обществом, – сочувствующе протянул Дерек, криво усмехаясь. – И тебя можно понять. Надеюсь, что прекрасно проведешь сегодняшнюю ночь, так как практически все спальни этого дома готовы к тому, что гости вознамерятся перейти из вертикального положения в горизонтальное, и не обязательно в одиночестве. Ты так разочарован, потому что не можешь найти привлекательное личико по твоему вкусу. Я искренне тебе сочувствую, друг мой. Это пресыщение. И тебе самое время уходить на покой и время от времени трудиться только на супружеском ложе, стремясь воспроизвести как можно больше потомком славного рода Манерс.
Стивен при упоминании супружества и его обязанности произвести на свет наследника, а по-хорошему не одного, скривился.
– Давай, только ты не начинай увещевать меня о моих обязанностях племенного жеребца.
– А что, уже кто-то пытался напомнить тебе о твой кобылке? – притворно удивился Дерек. – Странно. Это ведь такая необычная тема для тебя. И ты ее не упоминал не далее, как вчера.
– Хант, ты напрашиваешься на неприятности? – прошипел Стивен.
– С тобой? Боже упаси. Ратленд, я вообще не понимаю всей твоей рефлексии по поводу жены и твоих обязанностей, как продолжателя рода. Чего тебе стоит заделать пару ребятишек, чтобы уж больше никто не посмел выносить тебе мозг на эту тему?
– Это тебе так кажется, – нехотя ответил Стивен, потому что и сам не знал ответ на этот вопрос. – Тебя сия чаша миновала.
– Ага, значит она страшная, – сделал заключение Дерек.
– Кто?
– Твоя жена, конечно, – для верности, чтобы его лучше поняли, Хант покивал головой.
– Нет, – отрезал Стивен.
– Значит, она – трещетка, и не замолкает ни на минуту. Даже в постели.
– Нет.
– Мммм, тогда что? У нее отвратительная фигура?
– Нет. Не знаю.
– В смысле? – Дерек оторвался от созерцания вновь прибывшей особы без сопровождения и с искренним удивлением посмотрел на друга.
– В том смысле, что я не помню. Да и никогда и не присматривался, – огрызнулся герцог. – Я не хочу больше говорить об этом. Как выполнять свои супружеские обязанности я подумаю завтра. А сегодня мне нужно забыться в объятиях чьих-нибудь нежных ручек.
– Ты же говорил, что тебя здесь никто не привлекает.
– Это было раньше. Сейчас же это мероприятие посетили две великолепные женщины.
– Что сразу с двумя? – притворно удивился Дерек, расплываясь в широкой улыбке.
– Судя по тому, как наш друг Гамильтон смотрит на одну из них, то только с одной. Но я совершенно не против.