Затем она сказала: «Я разберусь с этим, Дэниел. Ты поможешь сэру Ричарду». Её взгляд был совершенно спокоен. «Полагаю, ты будешь получать письма. Вэлу и, возможно, контр-адмиралу Херрику?»
Болито показалось, что он увидел в ее глазах какое-то послание, но он не был уверен.
«Да, Вэлу было бы интересно узнать». Он подумал, как занят Кин, готовясь к вводу в эксплуатацию недавно построенного «Чёрного принца». Это был кошмар для любого капитана большого военного корабля, не говоря уже о том, что на носу корабля будет развеваться вице-адмиральский флаг. Нехватка обученных кадров и опытных уорент-офицеров, набор новобранцев любыми способами и средствами всегда были особенно трудны в таком военном порту, как Чатем, где вербовщиков мог предать любой, от портного до нищего. Спорить с продовольственными складами и следить, чтобы казначей не заключал сделок по закупке гнилых припасов, чтобы казначей и поставщик могли прикарманить разницу. Превратить дубовый лес в боевой корабль.
Болито мрачно усмехнулся. И всё же Кин нашёл возможность навестить Кэтрин, пока сам не добрался до Лондона и не доложил о битве.
Он также передаст весточку Адаму, хотя его «Анемон» едва успел встать на якорь после сопровождения протекающего «Трукулента» к безопасной верфи. Адам тоже когда-то был флаг-лейтенантом Болито. Больше, чем кто-либо другой, он был бы благодарен за то, насколько тесно это назначение сблизило его с адмиралом.
Он услышал тяжёлые шаги Эллдея на кухонной лестнице. Конечно, кроме него самого.
Кэтрин задумчиво произнесла: «У него не было близких родственников, и большинство из них жили за границей».
Болито заметил, что она никогда не называла Сомервелла по имени. «У него, кажется, были друзья при дворе».
Она, казалось, уловила беспокойство в его голосе и подняла взгляд. «Да, так и было. Но даже король был возмущен его поведением – его вспыльчивым нравом и его тягой к столам. Он забрал всё, что у меня было». Она коснулась его лица с внезапной нежностью. «Очередная маленькая прихоть Судьбы, не так ли? Пока что то, что осталось, достанется мне».
В тот же день Дженур прибыл, совершенно запыхавшись, после того как по дороге из Саутгемптона сменил шесть лошадей. На вопрос, почему и как он узнал эту новость, Дженур ответил: «Саутгемптон — крупный морской порт, сэр Ричард. Новости там разносятся ветром, хотя обстоятельства неизвестны». Он просто добавил: «Моё место здесь, с вами. Я знаю, как вы ценили дружбу лорда Брауна, а он — вашу».
Кэтрин отправилась к адвокату в сопровождении Йовелла. Она отклонила предложение Болито сопровождать её, сказав: «Лучше я сделаю это без тебя. Ты можешь пострадать… Я не вынесу этого, дорогой мой».
Он сказал: «Ты как раз вовремя, Стивен. Мы сегодня же уедем отсюда».
Дженур опустил глаза. «Это будет больно, не правда ли, сэр Ричард?»
Болито коснулся его рукава. «Такая старая голова на таких молодых плечах!»
Каким-то образом Дженур угадал его самые сокровенные чувства, несмотря на свою молодость и неопытность. Кэтрин теперь свободна, и, казалось, скоро снова обретёт независимость. Может быть, Фалмут и его постоянные отлучки в море кажутся ей плохой заменой той жизни, которую она когда-то знала и которую, возможно, снова захочет?
Жизнь подобна океану, подумал он: в один момент светит солнце, в следующий — бушует шторм.
Он обнаружил, что прикасается к глазу, и почувствовал, как его сердце сжалось. Что она подумает о нём, если случится худшее?
«Вы хотите, чтобы я что-то сделал, сэр Ричард?»
Болито забыл о Дженуре. «Скоро мы отправимся в Кент, на новый флагман». Он позволил себе сосредоточиться на этой перспективе. Он знал, что, как только он это сделает, немедленно сядет на борт, что бы ни говорили и ни думали другие. Но оказаться так близко к смерти и потерять ещё одного друга – это заставило осторожность заменить безрассудство, когда-то царившее в мире.
«И есть еще кое-что», — сказал он.
Дженур сказал: «Я знаю, сэр Ричард. Военный трибунал».
«Да, Стивен. Война — не место личной жадности и эгоистичным амбициям, хотя, видит Бог, тебя, возможно, и не осудят за то, что ты думаешь иначе. Капитан Вариан предал доверие, как и тех, кто зависел от него в самой крайней нужде».
Дженур следил за его серьёзным профилем, за тем, как он время от времени касался глаза. Как будто в нём что-то было.
Дверь открылась, и Болито обернулся, готовый её поприветствовать. Но это был посыльный, один из слуг, подозрительно наблюдавший за ним из коридора.
«Я принёс вам весточку от доктора Рудольфа Бракса, сэр Ричард». Он скривил лицо, словно пытаясь запомнить послание. «Вы можете навестить его завтра в десять часов».