— Может быть, — нехотя согласился с ним волун, но тут же возразил по другому поводу, — но ведь Флодин пытался что–то изменить, пытаясь броситься со скалы?
— А ты бы поступил иначе? — опять ответил вопросом на вопрос Вэлэвин.
Грулэму снова пришлось с ним согласиться.
— Наверное, я тоже попытался бы, даже зная, что ничего не получиться, что все уже определено.
— Поэтому я и спросил тебя, не сделал ли ты уже свой выбор. Твой ответ меня успокоил. Этот дар нужно беречь. Возможно, благодаря ему ты и сможешь повлиять на судьбу.
— Если все уже давно решено, то зачем нужен я? — как будто не слыша его последние слова, спросил волун.
Вэлэвин снова посмотрел ему прямо в глаза и более жестким голосом ответил, повторив мысль еще не давно осознанную самим Грулэмом.
— Не существует однозначных вещей. Кроме одной единственной. И ты уже знаешь, о чем я говорю. Но именно ее однозначность и определяет неоднозначность всего остального.
— Случай — неразлучный спутник судьбы, — попытался продолжить ход его рассуждений волун.
— Тебе предстоит воплотить в себе и то, и другое. Для этого ты и нужен. Ты и никто другой, — подвел итог их беседы Вэлэвин как раз в тот момент, когда Лалин и Моро снова присоединились к ним. Моро при этом имел удовлетворенный и одновременно немного виноватый вид. На лице женщины читалась грусть. Можно было догадаться, что они большую часть времени посвятили разговору о Вэлэвине. Их чувства странным образом передались и ему. Какое–то время он и женщина не сводили взгляда друг с друга, не замечая никого вокруг себя.
— Не знаю, когда мы в следующий раз увидимся, — сказал Вэлэвин, явно желая сказать значительно больше.
— А я знаю, — Лалин сделала слабую попытку улыбнуться. — Когда Грала снова откроется.
Вэлэвин посмотрел на цветок и сдержанно заметил.
— Нам уже пора.
Лалин бросила на него последний взгляд и, повернувшись к Грулэму, протянула ему оружие.
— Это меч Флодина, — объяснила она. — Думаю, ты найдешь ему достойное применение.
— Можешь в этом не сомневаться, — заверил ее волун.
Женщина тем временем подошла к Моро и погладила его по голове.
— Не забывай дорогу ко мне.
— Не забуду, — смутился Моро и от этого смущения добавил, — и он тоже не забудет.
Потом он посмотрел в сторону Вэлэвина, который уже садился на своего коня. Грулэм тем временем оседлал другую лошадь, на которой прибыл Моро. Тот, в свою очередь, быстро устроился позади Вэлэвина. Когда они двинулись в путь, он еще долго оглядывался назад.
На Долину Странников опускался густой туман. Когда он рассеялся, впереди уже забрезжил рассвет и новый для Грулэма мир, в котором ему предстояло многое сделать и через многое пройти.
ГЛУМ
Глум наблюдал, как Сэтэрн ставит поверх креста над входом в пещеру, из которой они только что вышли, свой знак. Его занятие было совершенно бессмысленным, учитывая то, что должно вскоре произойти. Но таковы крэторны, и не стоит их переубеждать насчет такой мелочи. Когда повелитель закончил, отряд начал спуск с плато. Сат шел рядом с Сэтэрном.
— Как быть с остальными волунами? — спросил его крэторн.
— Об этом можешь не думать. В нужное время они сами к тебе придут. — Ответил Глум.
— Тогда что же дальше?
Сат знал, какого ответа тот ждет. И он сказал именно то, что хотел услышать повелитель Эйлефа.
— А дальше нас ждет Земля. Только нужно очень хорошо подготовиться и еще кое–что сделать. Как раз этим я и должен сейчас заняться. Поэтому мне придется на некоторое время покинуть тебя. Ты же тем временем собирай все свои войска. И еще, — отправь несколько небольших отрядов через туннель. Из тех крэторнов, которые тебе самому не очень нужны. На той стороне их встретят и проведут. Прикажи им уничтожать все на своем пути. Большего от них не потребуется.
— Где мне назначить общий сбор? — уточнил Сэтэрн, внимательно слушая все, о чем он говорил.
— Я думаю, долина у последней крепости как нельзя лучше подойдет для этой цели. Почему бы ни начать новое дело там, где закончил предыдущее?
Повелитель не стал возражать. Он уже начал планировать свои действия. Поэтому не сразу заметил, что сата уже нет рядом с ним.
Глум не вернулся на Землю. Вместо этого он направился в то место, о котором никогда бы не сказал Сэтэрну. И не потому что боялся его. Просто там, куда он направился, не было места ни крэторнам, ни людям. Это был еще один мир, в котором когда–то жил и сам Глум. Но теперь от него почти ничего не осталось. По крайней мере, так думало большинство его соплеменников, живущих теперь на Земле.