– БЛЯТЬ ЧТО?! – пихая чужую руку куда подальше, парень подскочил, слишком поздно понимая, что совершенно обнажён, – пиздец, что за приколы?
Пустота окинул взором комнату, пытаясь найти хоть одну часть из своей одежды. Нашёл. Но, увидев, что она практически полностью под кроватью, откинул идею на второй план. Единственное, что оставалось делать - бежать в ванную.
***
Влад включил холодную воду, сунув туда руки. Прямо перед ним было зеркало. Отвратительно. Боже, как же отвратительно туда смотреть. Почему? Он сам не понимал. Однако в его планы не входило спать с преподавательницей. Страшно? Да. Безумно. Руки начали заходиться в мелкой дрожи, непонятно только, из-за холода или случившейся ситуации?
– Боже.. нет... – парень потер лоб ладонью, стараясь унять головную боль.
Дверь резко открылась. Какого черта тут нет замка? Влад не собирался смотреть на того человека. Он просто опустил голову. Волосы прикрыли его глаза, так что было совершенно неясно, закрыты они или нет.
– Пустота? – вопрос преподавательницы отразился от стен и, казалось, эхом разлетелся по всему номеру.
– Просто найди мне мои вещи.. – Влад прохрипел, так и не взглянув в сторону двери. Дарья Романовна сделала то, что тот и просил. На лице не читалась ни одна эмоция. Будто она вдруг стала безвольной куклой.
Неживыми глазами Романова следила, как её ученик (если его ещё можно так назвать) оделся и вышел. Номер вдруг стал пустым и холодным. Но это к лучшему. Так думал каждый из них. И это убеждение сложно будет разрушить. Преподавательница на секунду закрыла глаза. Пыталась ли она вспомнить, как это произошло? Или просто хотела всё забыть? Неизвестно. Дарья медленно поднялась, после направляясь в душ. В голове крутилось только одно - надо поскорее с себя всё это смыть.
***
Несколько часов назад
– И как это понимать? – Дарья Романовна нависла над ресепшном.
– Мы снова приносим Вам свои извинения.. но ещё одного номера у нас, к сожалению, нет... – молоденькая работница скукожилась под грозным видом Романовой.
Её щеки и нос немного порозовели, а голос чуть затих в предвкушении новых ругательств.
– И что вы нам предлагаете делать?
– Мы возместим Вам ущерб, прошу прощения...
Влад стоял, наблюдая за этой сценой, и мысленно проклинал поездку в чертов Севастополь. Не надо быть слишком умным, чтобы понять, что именно ему придётся делить комнату с самой красивой преподавательницей университета.
– Можно меня просто отправить назад? – Пустота выдавил улыбочку, стараясь избегать всевозможных взглядов в свою сторону.
– Ещё чего, – Романова закатила глаза, после снова возвращаясь к разговору с работницей.
Вывод из сей ситуации один - номер им делить придётся непременно. И никто никуда сбежать не сможет, как бы не желало этого сердце.
– На, расслабься, – Идеалова протянула парню чупа чупс. Минуточку внимания, ещё совершенно не открытый!
– Спасибо, – мальчишка почти плакал, открывая конфетку. Глубоко в мыслях он понимал, что это скорее всего самый счастливый момент, который он испытает в ближайшую неделю.
Номер оказался небольшим. Серые шторы затемняли помещение так, что даже при хорошем солнечном свете в комнате было достаточно темно. Однако в этом и плюс - здесь было довольно прохладно. Сначала Влад даже ободрился.. но это было первые несколько секунд, до того момента, пока он не понял, что спать они будут на одной кровати.
– Это издевательство? Ты идёшь на пол, – Пустота кинул свою сумку куда-то вперёд и плюхнулся в кресло.
– Если захочешь, сам туда сползешь, – Романова отличалась особой аккуратностью. Поставив свой чемодан, сразу отправилась в ванную.
– Тц, неженка.. – Влад достал телефон, написав Идеаловой, как отвратительно всё же вышло, и, закинув голову назад, попытался заснуть хотя бы на несколько минут.
Так и вышло. Он отрубился почти на полчаса. И продолжил бы сладко спать, если бы не соседка по комнате. Парень заворчал, повернувшись на звук, желая сейчас же устроить драму, но затих. Перед ним была всё та же Романова, но... Мало кто видел эту преподавательницу в одном полотенце, верно? Мокрые волосы. Капли от них медленно струились по подтянутому хрупкому телу, с ярко выступающими ключицами, и уходили вниз, куда доступ зрению был запрещен. Дарья наклонилась, поднимая какой-то тюбик.