Гвардеец неистово кивает.
— В момент поимки также присутствовал посланник совета, — напоминает Ивар. — А дополнительные показания подтверждают, что лорд Ларсен копил оружие и…
— Да, советник Агард. Вы упоминали об этом уже несколько раз. — Член совета хмуро смотрит в мою сторону, и у меня почти возникает искушение посочувствовать ему в том, каким, блять, невыносимым бывает мой брат.
Но мне есть куда спешить.
— Мы наконец-то предоставили достаточно доказательств? — спрашиваю я, не потрудившись скрыть раздражение. Прошло много времени с тех пор, как я считал нужным изображать почтение, добиваясь их аудиенции.
Неуважение, к счастью, взаимно.
— Вы действительно предоставили достаточно улик того, что лорд Ларсен пытается захватить власть, — признает старейшина.
Я коротко киваю. Мой плащ взметается, когда я разворачиваюсь на каблуках и стремительно иду по главному залу, Марция следует за мной. Времени мало, дом Ларсен должен быть раздавлен. К этому моменту лорд Ларсен наверняка знает, что его попытки саботажа пресечены. У него нет другого выбора, кроме как атаковать, и когда битва начнется, я предпочитаю быть со своими солдатами.
И я хочу лично убедиться, что София в безопасности.
— Тем не менее, — произносит старейшина.
Я замираю на месте, Марция тоже. Мы обмениваемся недоверчивыми взглядами. Прежде чем обернуться, я пытаюсь стереть с лица желание прирезать каждого из них. Одного за другим. И заставить остальных смотреть, как их коллег насаживают на вертел.
— Да? — рычу я.
— Не думайте, генерал, будто мы не в курсе ваших интриг. Вы сделали всё возможное, чтобы спровоцировать лорда Ларсена на этот переворот.
— Я сделал всё возможное, чтобы его ускорить, — поправляю я, и мне кажется, что старейшина вздыхает. Та, что сидит справа от него, совершенно точно закатывает глаза.
— Да. И совет желает зафиксировать в протоколе, что мы не одобряем ваши методы. — Пауза, во время которой я прикидываю, как долго Ивар будет капать мне на мозги, если я просто обезглавлю всю дюжину. Если меньше недели, то оно того стоит. — Однако, генерал, мы вынуждены признать, что по сравнению с действиями лорда Ларсена ваши поступки выглядят значительно менее предосудительными.
Мне не хотелось бы уходить второй раз раньше времени, так что я жду, пока он закончит мысль. Когда старейшина замолкает, я спрашиваю:
— Означает ли это, что я могу идти и подавить это гребаное восстание?
На этот раз его вздох слышен отчетливо. Затем сморщенная рука делает отмахивающийся жест:
— Пожалуйста, сэр.
Я добираюсь до лорда Ларсена спустя всего несколько минут после начала боя. Найти его и его сына Гуннера в толпе не составляет труда. Легким движением кисти я доворачиваю меч, пока его острие не указывает прямо на него.
— Мы не сдадимся без боя! — ревет он мне.
Я наклоняю клинок. Улыбаюсь. И шепчу:
— Я надеялся, что вы это скажете.
ГЛАВА 22. Первая
София
Второй раз за сегодня я просыпаюсь в постели Габриэля. И впервые он — единственное, что я вижу, открыв глаза.
Это слишком прекрасное зрелище, чтобы задавать вопросы. Я жду, когда туман перед глазами рассеется, и изучаю прямую линию его носа, белокурые волосы, россыпь шрамов у основания челюсти.
— Привет, — шепчу я, гадая, не было ли всё предшествующее лишь сном. Улыбка возникает сама собой — легкая, рефлекторная. Я просто очень счастлива. Счастлива, что он здесь, что его запах окутывает меня. И еще больше — от того, что он сидит на краю матраса и смотрит на меня так, будто я красавица, сотворенная из морского жемчуга. Он проводит пальцами по моим волосам с тем же вниманием и точностью, с какими солдат точит свой меч; его бицепсы перекатываются при каждом мимолетном движении. Не помню, чтобы я когда-либо чувствовала такое умиротворение.
И всё же между его бровей залегла складка.
— Ты в порядке? — спрашиваю я.
Вопрос заставляет его рассмеяться.
— Это ты в порядке, София?
— Конечно. Я просто проспала… — А сколько я спала? Долго, раз уже ночь. Должно быть, так и есть, потому что мы снова в фазе Высшего прилива, и за окном его покоев бушуют яростные течения. В комнату не пробивается ни единого лучика света, а это значит…
Всё возвращается ко мне в одно мгновение. Письмо. Леди Ларсен. Сирены.
— Черт. — Я приподнимаюсь на локтях, сердце мгновенно пускается вскачь. — Что случилось? Система фильтрации, она…
— Всё хорошо, — спокойно говорит он, запуская руку в волосы у меня на затылке. — Главное, что с тобой всё в порядке.