Виктория и Вебер сидели за столиком у окна, перед ними стояли уже по две пустые чашки. Вебер знал ресторанчик еще с тех времен, когда дежурил в этом квартале постовым. Насколько он помнил, с тех времен мало что здесь переменилось, разве что зал пару раз подмели. Только кельнер, как раз убиравший соседний столик, был человеком новым. Блестящие от оливкового масла волосы и сверкающие глаза — истинный итальянец, как его представляет какая-нибудь фройляйн Мюллер. Не слишком чистой салфеткой он прошелся по не слишком чистому столу, выжидающе глядя на Вебера с Викторией — единственных клиентов в заведении.
— Принесите еще два «эспрессо», — сжалилась над ним Виктория.
Кельнер подскочил к столику и услужливо прихватил пустую посуду.
— Уже бегу, милая дама!
По его поморскому акценту Вебер понял, что он вовсе не итальянец, и родом наверняка из Эппендорфа или Бармбека. Его всегда забавляли подобные открытия, но не сегодня. Ожидание архитектора из Франкфурта действовало на нервы.
— Похоже, еще один пустой номер, — буркнул он. Виктория покачала головой и показала на двери. В них стоял мужчина лет тридцати, явно разыскивая кого-то взглядом. Костюм был весь измят, как будто он не снимал его уже несколько дней. Под глазами проступили густые тени. Подойдя к столику, он вопросительно взглянул на Вебера.
— Моя фамилия Ханке. Вы меня ждете?
Вебер подал ему руку.
— Да, мы ждем вас. Добрый день, герр Ханке. Прошу садиться.
Ханке сел и сразу возбужденно заговорил:
— Я нашел след. На текущий семестр она записалась здесь. Моя невеста, вы должны это знать, изучает медицину и сейчас на четвертом семестре. В последние дни у меня было немного времени, и я подумал, что не мешает поинтересоваться в здешнем университете. И просто не поверил, когда узнал, что она приехала в Гамбург. Неделю назад начались лекции.
— Значит, все в порядке. — Виктория одобрительно ему кивнула. — Вы ее уже видели?
— Ничего не в порядке, — истерично взорвался Ханке. — Абсолютно ничего! Лекции идут уже неделю, а она там так и не появилась.
— Гм… — Виктория взглянула на Вебера. — Но вы, по крайней мере, знаете, где ваша невеста живет?
Ханке достал затрепанный конверт и перелистал заметки. Наконец нашел то, что искал.
— В полиции она зарегистрировалась на Дроссельштрассе.
— Это в Бармбеке?
— Да, кажется. Адрес мне дали в университете. Я сразу же поехал туда и говорил с хозяйкой квартиры. Рената там была только раз — когда смотрела комнату. Сказала хозяйке, что хочет ее снять, и заплатила вперед за месяц. На следующий день должна была перевезти вещи, но до сегодняшнего дня не появлялась.
— А может, она живет где-нибудь в другом месте? — спросила после паузы Виктория. — Ведь она могла передумать. Ну, поселилась у приятельницы или… — Она запнулась.
Ханке уныло кивнул.
— Знаю, о чем вы думаете. Конечно, может быть и так. Разумеется, я не единственный мужчина на свете.
Появился кельнер, принес Веберу и Виктории кофе. Потом повернулся к Ханке.
— Вам тоже «эспрессо»? Ханке кивнул.
— Да-да, мне тоже что-нибудь принесите!
— Уже бегу!
Кельнер обмахнул стол салфеткой, стряхнув крошки на брюки Ханке, и исчез.
Архитектор смотрел, как Вебер и Виктория доливают в кофе молоко и кладут сахар. В конце концов он не выдержал и прервал молчание.
— По крайней мере, я не собираюсь с вами спорить.
— Но кое-что тут явно не сходится, — возразила Виктория. — В таком случае ваша невеста вряд ли поселилась бы в Бармбеке. А она это сделала, осмотрев комнату, правда? Вы вспоминали, кажется, что ваша невеста зарегистрировалась в комиссариате на Дросселынтрассе?
Ханке утвердительно кивнул.
— Вы сообщили в полицию, что невеста исчезла?
— Нет, — протянул он. — Еще нет. Прежде я хотел поговорить с вами. Ведь в последние дни Рената была и в университете, и на Дросселынтрассе, значит, она где-то в городе…
«Разумеется, она где-то в городе, — подумал Вебер. — Дело проще некуда. Парочка поругалась во Франкфурте, или девушка подцепила другого мужчину. И смылась с ним. А мне ее искать». Дело как раз такого рода, которые он терпеть не мог.
— Что-то в этой истории кажется мне неясным, — продолжал Ханке. — Рената до сегодняшнего дня не была ни на одной лекции. На нее это совершенно не похоже. Если она пропускает лекции, значит, случилось что-то серьезное.