— Он не успел нам ничего толком рассказать — его позвали к телефону.
Комиссар Линдберг кивнул и погрузился в размышления. Судя по лицу, он совершенно им не верил.
— Что-то маловато выходит, — наконец протянул он.
— А не могли бы вы оказать нам небольшую услугу? — вежливо спросил Вебер.
Линдберг ничего не ответил, просто вытащил бумажник и достал фотографию фройляйн Грюнер.
— Вот фото этой кошечки, — сказал он, — типичное любительское фото, но и по нему видно, что это за штучка. Взгляните!
Вебер присмотрелся. Девушке на снимке было лет двадцать пять. Темные волосы и живой интеллигентный взгляд.
Веберу, однако, не понравились ее глаза. Они казались холодными, слишком холодными на его вкус. Он вдруг почувствовал к ней недоверие. Короче, это была девушка, которая явно знала, что почем.
— Очень элегантная особа! — сказал он, передавая фотографию Виктории.
Та только покосилась на снимок, потом на Вебера и усмехнулась. Затем вернула фотографию Линдбергу, который не спеша убрал ее в бумажник и спокойно сказал:
— Значит, Ханке был под наблюдением каких-то таинственных личностей, и убили его как раз в тот момент, когда он решил установить контакт с вами… — Линдберг посмотрел Веберу в глаза.
Вебер упорно молчал. Комиссар высказал именно то, что крутилось у него в голове с того момента, как он увидел тело Ханке рядом с разбитой машиной. Почему архитектора убили именно тогда, когда тот встретился с ним, Вебером? Или Ханке знал то, о чем никак не должен был узнать никто из посторонних?
И Вебер поклялся разгадать эту загадку. Для него дело не кончилось, раз труп Ханке уже лежал под старым одеялом. Нет, дело только начиналось.
— Ну-ка пойдемте на минутку! — услышал он голос Линдберга. Комиссар подошел к носилкам, на которых лежал Ханке, и велел врачу: — Покажите-ка, где этот кровоподтек.
Врач стянул с тела одеяло и повернул голову Ханке набок. Темная шишка вздулась сразу за левым ухом.
— Ладно, вы только что говорили, что эта шишка могла появиться при падении, — сказал Линдберг. — Считаете ли вы возможным, что она могла быть следствием удара?
— Вполне, — признал врач. — От удара тупым, вероятно, округлым предметом.
— Ну ладно, забирайте труп в институт судебной медицины! — распорядился Линдберг, — а машину — в техотдел! — И, повернувшись к Веберу, добавил: — Будем поддерживать контакт!
— С огромным удовольствием! Комиссар кисло усмехнулся.
— Это я вижу по вашему лицу.
Вебер вызывающе улыбнулся и вместе с Викторией начал карабкаться по склону. На шоссе еще стояла кучка жадных до сенсаций зевак, с любопытством смотревших вниз.
«Странно, — подумал Вебер, — что в момент аварии тут живой души не было». Во всяком случае свидетели не объявлялись.
— Почему вы не сказали Линдбергу все, что мы знаем о девушке? — спросила Виктория, когда они садились в машину.
Вебер осторожно вывел «форд» на дорогу. Потом нажал на газ и поспешил в сторону города той же дорогой, которой они приехали.
— И так к утру он обо всем узнает, аппарат Линдберга работает безупречно. Мы можем себе позволить это небольшое преимущество.
— А вам известно, что по делам об убийствах нельзя скрывать улики?
— Только более обстоятельное расследование установит, был ли Ханке убит.
Виктория удивленно взглянула на Вебера.
— Так это мог быть несчастный случай?
— Чушь! — Вебер с напряженным лицом уставился на дорогу. — Это убийство. И потому мы продолжаем игру! Виктория, вы должны сегодня же отправиться в университет. Попробуйте найти кого-нибудь из группы фройляйн Грюнер. Может, кто-то что-то и знает. Еще поезжайте на Дросселынтрассе, где она собиралась поселиться. Вдруг появилась там снова? Нужно найти ее, и поскорее.
— А чем займетесь вы?
— Поеду в Франкфурт, — буркнул Вебер. — Хочу осмотреть квартиру Ханке, прежде чем появится полиция.
14
Вебер заскочил домой на полчаса. Виктория быстро собрала его в дорогу: положила в чемодан чистое белье, рубашку на смену и несессер. Сам он достал из стола револьвер и приспособил его под мышкой. Швырнул в чемодан связку отмычек и фонарик, прежде чем Виктория успела его закрыть. Ему пришло в голову, что обе эти вещи могут пригодиться.
Часы показывали половину шестого. Вебер гнал по автостраде в сторону Франкфурта-на-Майне. Если повезет, он будет там около полуночи. Только этой ночью у него был шанс без помех осмотреться в квартире Ханке. Уже на следующее утро там появится полиция, и во главе ее — разумеется, Линдберг.