— Омлет с беконом и апельсиновый сок. Двинули к Меазу?
Макс кивнула:
— Полетим с юга Шэд’Эрунга, оттуда ближе всего…
Не дав договорить, я ее перебил:
— Слушай, все это время у меня в голове что-то не стыковалось, но я не мог понять что. Вспомнил! Как вы все тут пользуетесь магией, если маны нет?
— В смысле, маны нет? — удивилась Макс. — Есть.
— Откуда? Это же дыхание Новых богов, а они все сгинули!
— Впервые слышу про дыхание… — Она задумалась. — Но, даже если ты прав, сам посуди, сколько человек пользуется маной в бета-мире? Шестеро. Новые боги сгинули через несколько тысяч лет после того, как вымерли все разумные, так что вполне возможно, что мы просто не успели все потратить.
— Действительно… — пробормотал я. — В Дисе миллиарды разумных, поэтому расход большой…
Оставив Кусаларикс на веранде, мы спустились вниз.
Во дворе замка Макс открыла портал, переливающийся оттенками синего, и мы вошли в него.
В следующее мгновение мы оказались на пустынном скалистом плато. Вокруг царила ночь. Порывы холодного ветра хлестали по лицу, швыряя в глаза соленые брызги Бездонного океана. В этой части мира поднялась настоящая буря.
— Где мы? — прокричал я, стараясь перекрыть завывания ветра.
— Самая южная точка Шэд’Эрунга, — отозвалась Макс, демонстрируя на своей спине пару черных, словно обсидиановых, крыльев. Они раскрылись со зловещим хрустом, затмив небо. — Отсюда до Меаза ближе всего. Полетели!
Она рванулась ввысь, я устремился за ней. Макс летела строго вверх, пока не оказалась выше облаков. Когда я занял позицию сбоку, она указала вниз:
— Ни при каких обстоятельствах не спускайся ниже, чем метров на сто. Местные кракены вырастают до километра, могут затянуть. Я уж молчу про других тварей…
— Понял, буду осторожен.
Мы неслись над иссиня-черной гладью Бездонного океана, простиравшегося до самого горизонта. Могучие волны вздымались и опадали, в свете Геалы белые гребни пены напоминали клочья седой шерсти. Ветер завывал, бросая нам в лицо пригоршни соленых брызг. В просветах между свинцовыми тучами мелькали всполохи ослепительно-белых молний, на мгновение освещая бескрайние просторы океана.
Казалось, мы были здесь совсем одни, но вскоре я начал замечать, что это не так. Сначала издалека, пробиваясь сквозь шум ветра и океана, донесся пронзительный клекот. Затем краем глаза я уловил смазанное движение чего-то большого и стремительного.
Чем дальше мы углублялись в океанские просторы, тем гуще становились стаи летающих тварей. Они роились в отдалении, постепенно смыкая кольцо вокруг нас. Уродливые создания парили на исполинских кожистых крыльях, выискивая добычу.
— Надеюсь, ты владеешь какой-нибудь скрытностью, — прокричала мне в ухо Макс, — потому что сейчас самое время ее включить!
Она исчезла, и я сделал то же самое, но мой уровень навыка скрытности был слишком низким — мобы меня видели.
Сразу они не агрились, изучали меня, прикидывали, справятся ли. Через полчаса полета орды тварей заволокли все пространство вокруг. Превентивный взрыв Возмездия Спящих никого не убил, но разозлил всех — на меня набросились, вцепились со всех сторон.
Скрипнув зубами, Макс начала мне помогать, но большую часть уничтожил я — вручную, в убыстрении. Это позволило рассмотреть, с кем я имел дело.
Снизу атаковали гигантские змеи с перепончатыми крыльями, их чешуя переливалась всеми оттенками синего и фиолетового, а пасти были утыканы кривыми акульими зубами. От змей разило тухлятиной и серой. Сверху из-за туч пикировали мутировавшие пеликаны с шестью глазами и двумя клювами, полными игольчатых зубов. Они были размером с лошадь, визжали и щелкали, перекрывая шум ветра, и этот звук въедался в мозг.
Разобравшись с ними, мы полетели дальше, более не позволяя им скапливаться — убивали всех, кто попадался на пути. Твари были агрессивны, но особых проблем не доставляли. Вдвоем с Макс мы приканчивали их раньше, чем они успевали приблизиться.
Больше времени отняли непонятно откуда тут взявшиеся насекомые. Не такие огромные, как на Террастере, но назойливые и омерзительные. Не раз и не два мне приходилось уходить в Ясность и вспыхивать Возмездием Спящих, когда рой хищных насекомых обрушивался дождем ядовитых жал. Они застилали небо бурым шевелящимся покрывалом, с лязгом бросались на нас. Погибая, они лопались с омерзительным чавкающим звуком, забрызгивая нас едкой слизью.