Вендел прошел мимо огня, который вспыхивал в горне, отбрасывая тени на каменные стены кузницы, покрытые следами копоти и искр, и установил полноростовой деревянный манекен. Протянув диск с доспехами, он активировал их, хотя те были привязаны ко мне, и Хладнокровие металла облегло туловище манекена. Вендел щелкнул толстыми пальцами — манекен исчез — и подхватил начавшие падать доспехи.
Обернувшись, Вендел крякнул:
— Все путем, мастер Скиф. Воротайтесь часа через два, а то и три. Уж больно много повреждений. Кто это вас так?
— Верховный жрец Бездны, ее Глашатаи и один вредный Древний бог.
— Шутите… — усмехнулся дворф, потом его челюсть отвисла. — Не шутите…
Выходил из кузницы я, чувствуя жгущий спину задумчивый взгляд Вендела.
Тисса нашлась в лавке «Зелья на все случаи жизни». Кайла возвышалась над ней на голову и что-то втолковывала. Я услышал про полнолуние и про какое-то зелье, которое нельзя открывать, пока точно не решишь использовать. При моем появлении обе замолчали и как-то воровато спрятали руки за спины.
— Тисса, пойдем, — сказал я.
— Потом поговорим, — протараторила Тисса и, что-то сунув в инвентарь, двинулась к выходу.
— Забегай, милочка! — с улыбкой сказала Кайла.
Уже на улице я спросил подругу, о чем они болтали. Тисса почему-то покраснела и соврала, что о чем-то своем, девичьем. Именно соврала, потому что отвела взгляд и ее щеки заалели еще больше. Пожав плечами, я направился к храму Бегемота.
Но сразу достигнуть цели и на этот раз не удалось — мы встретили огромную ликующую толпу, высыпавшую из замка нам навстречу. Возглавляли ее канализационный трогг Моварак, вождь кобольдов Грог’хыр и шаман Рыг’хар.
— Избранный Спящими! Жрица Тисса! Вы вернулись! Вы живы! Да не пробудятся Спящие! Хвала им!
Вопли оглушили, и с минуту я терпел объятья, крики и попытки меня задушить — видимо, кобольды и трогги замаливали свою оплошность с преждевременными похоронами.
Все было нормально, пока перевозбужденные трогги не начали хулить «поганого Тук-Тука», из цепких лап которого «избранный Спящими вырвал жрицу Тиссу». Вот здесь терпению пришел конец, да только не моему, а Гроэля. Косы Жнеца были спрятаны в инвентарь, но Древний бог, как оказалось, мог свободно его покинуть, когда ему вздумается. Вздумалось ему сейчас.
Заметив, как из точки в пространстве, из ниоткуда, начинает струиться черный дым, я рявкнул:
— Тишина!
Неписи приумолкли, застыли с восторженными лицами и мордами, на которых читалось обожание и безмерное счастье.
— Гроэль, он же Тук-Тук, Древний бог, отныне наш союзник. Давай, Гроэль, представься.
Второй раз просить не пришлось. Древний, словно наслаждаясь моментом, полностью вытек из инвентаря и предстал перед толпой ошеломленных троггов и кобольдов в виде могучего черного столба дыма.
— Узрите Нат-Хортата, именуемого вами Тук-Туком, земляные черви! — проревел он так, что воздух зазвенел, а земля под ногами завибрировала.
Толпа замерла в ужасе. Раздались крики и плач маленьких щенят, заголосил что-то бессвязное Рыг’хар, схватилась за сердце Укавана, жена Моварака.
— Великий Тук-Тук контролирует избранного Спящими! О, горе нам, горе! — завопил Шитанак, шаман троггов.
От такого зрелища не смог отказаться даже Торфу, проявившись за моей спиной.
— Все же смертные довольно предсказуемы, — недовольно заметил он. — Ничем не обоснованный восторг, базирующийся на домыслах, столкновение с реальностью, ужас, паника и очередные, теперь прямо противоположные, бредни. Древний, а шугани их покрепче, а?
Из дымного столба потек туман, начали отрастать жгуты дыма, и мне пришлось вмешаться:
— Нет, Гроэль. Вернись на место. Живо! Пугаешь детей!
Дым втянулся в одну точку и исчез. Ужас, сковавший толпу, тоже. В мертвой тишине я повторил:
— Тук-Тук с нами, он не тронет вас, только наших врагов. А сейчас успокойтесь и дайте пройти…
В проеме замковой двери появилась Ирита, и я полетел к ней. Следом побежала Тисса, и, оглянувшись, я увидел, как толпа почтительно расступается перед ней.
Ирита чмокнула меня в губы и, к моему удивлению, двинулась навстречу Тиссе. Девушки обнялись.
— Слава Спящим, ты в порядке, — проговорила Ирита.
Пока девчонки разговаривали, я вспомнил о просьбе Замканаха и вернулся в толпу. Выцепив Рыг’хара, отчеканил: