— Стой, — донеслось сзади. — Я не могу назваться, потому что не уверена, что ты тот, кто я думаю. Бета-мир всегда был опасен, но сейчас он стал еще хуже. Ты можешь быть кем угодно.
Остановившись, я развернулся. Легкое марево метрах в десяти от меня, следовавшее за мной, тоже замерло.
— Слушай, я и без того знаю тебя, — сказал я. — Вас было шестеро. Девятка ушла, осталось пятеро. Из этих пятерых только две женщины: Двенадцатая и Пять-четыре. Думаю, ты Пять-четыре — она охотница и явно владеет Скрытностью.
Воздух шевельнулся, и передо мной предстала она — высокая, стройная, с огненно-рыжими волосами, заплетенными в тугую боевую косу. Кольчужный доспех облегал ее тело, на плече покоился мощный составной лук, а на поясе поблескивали метательные ножи. Ее лицо покрывала россыпь веснушек, а ярко-зеленые глаза смотрели пронзительно и настороженно. Фигура была безупречна, разве что бедра казались чуть широковатыми. От женщины веяло опасностью и силой, но в то же время в ее облике угадывалось нечто уязвимое. Бета-тестеры зашли сюда персонажами, чья внешность была скопирована с реальной, значит, это точно была она. Двенадцатая постарше, судя по рассказам Девятки, — той под сорок.
— Невидимым может стать любой из бета-игроков, — ответила она, оставаясь на дистанции. — Но ты прав, я Пять-четыре. А кто ты?
— Что, тоже интерфейс отключился?
— Да уже с полгода, как у всех, — ответила она. — Значит, ты появился здесь позже, Скиф. Ты же Скиф, верно?
— Допустим. Но как ты…
— Вопросы потом, здесь небезопасно. Уровень мобов в мире начал расти многократно быстрее, чем раньше. Это началось после исчезновения интерфейса. На Террастере легко можно нарваться на тварь с Контролем разума, и тогда тебе ничего не поможет…
Приблизившись, она взяла меня за руку, притянула к себе и обняла, крепко прижавшись. От нее пахло свежестью, от которой после кислотного воздуха Террастеры закружилась голова. После всех мучений, боли и одиночества, что я испытал в Бездне, это простое объятие показалось мне райским блаженством. Тепло ее тела, мягкость кожи, еле уловимый аромат волос — все это будто обрушилось на меня лавиной, оглушая и сбивая с толку. Я застыл, боясь пошевелиться, разрушить этот момент. Сердце колотилось так, что, казалось, вот-вот выскочит из груди. В голове была сплошная каша из мыслей и эмоций. Смущение, благодарность, смутное влечение, стыд — все смешалось, заставляя щеки пылать.
— Иначе может не сработать телепортация, — объяснила она. — Мы же не группа.
Закрыв глаза, я невольно ткнулся ей в шею, а через миг земля ушла из-под ног, нас закрутило, мир померк. Прыжок длился мгновения, после чего мы все так же в обнимку стояли в цветущем саду. В отдалении возвышались купола замка.
Когда Пять-четыре отстранилась, я поймал себя на мысли, что не хочу отпускать ее. Это объятие длилось всего несколько секунд, но для меня, измученного бесконечным кошмаром Бездны, оно стало глотком свежего воздуха, напоминанием о том, что в мире есть не только боль и смерть. Что-то теплое и светлое шевельнулось в груди, заставляя на миг забыть обо всех ужасах, через которые я прошел.
Поэтому я лишь неловко улыбнулся, надеясь, что не сильно покраснел, и шагнул назад, восстанавливая дистанцию. Но тепло ее объятия еще долго грело меня изнутри, давая силы двигаться дальше.
Пять-четыре, взяв в руки амулет связи, тихо сказала:
— Третий, я нашла его. — Потом качнула головой. — Следуй за мной, Скиф…
Мы пошли плечом к плечу, и я повторил вопрос:
— Как ты поняла, что я Скиф?
— Все бета-тестеры ждут тебя, — ответила женщина. — Ты обещал Третьему, что вернешься за нами. Судя по рассказам твоих друзей, тебе можно верить.
— Друзей? — Мое сердце забилось быстрее. — Что с ними? Они живы?
— Утес и Кусаларикс в порядке. Мы их спасли, когда увидели, что Девятка покинула бета-мир.
— Они у тебя?
— Твой друг приглянулся Двенадцатой. — Она фыркнула. — У Двенадцатой точно крыша поехала. А Куся живет в моем замке, но временно. Старая гоблинша просто с ума сходит от побрякушек, а мы, как понимаешь, много чего накопили за десять тысяч лет. Она проводит, как она выразилась, инвентаризацию. Закончит у меня, двинет к Девять-шесть.
— А где остальные беты?
— Сейчас Третий соберет всех, они скоро будут здесь.
Когда мы подошли к замку, Кусаларикс сидела на стене, свесив ноги. Взгляд ее не предвещал мне ничего хорошего. Когда я радостно ее поприветствовал и взлетел, чтобы обнять, она выставила передо мной руку, покачала головой и сварливо сказала:
— Не-а! Никаких обнимашек, пока не объяснишь, бабулю твою за ногу… — Она набрала воздуха и заорала: — Хрена ли ты так долго, Скиф⁈ Где тебя орки носили⁈