Одним словом, к шестому туру «Торпедо» лидировало. А Александр Вит 30 мая писал в «Футболе» после выигрыша у одесского СКА: «...Удачные и неожиданные действия Э. Стрельцова и В. Щербакова дали торпедовскому нападению остроту, достаточную для победы». И такую, скажу вам, «остроту», что Щербаков забил с двух-трёх метров с подачи старшего товарища (при этом отсутствовали Иванов и Воронин, вызванные в сборную).
13 июня в том же еженедельнике В. И. Дубинин отметил после гостевой победы 2:0 над «Шахтёром» совершенно сформированную группу атаки: «Надо полагать, что В. Иванов, В. Щербаков, Э. Стрельцов и О. Сергеев при поддержке В. Воронина сделали всё возможное для того, чтобы доказать противнику ошибочность избранного им средства для победы, так как “Шахтёр” в конце игры вернулся на путь истинный (горняки провели первый тайм излишне академично. — В. Г.), но сделать уже ничего не смог».
Ансамбль в нападении создавался буквально по ходу первого круга. Пожалуй, лишь левый нападающий Олег Сергеев оставался на прежней позиции. А так — и Щербаков уходил на правый край, смещаясь при этом в центр, и Иванов демонстрировал отменное движение по фронту атаки, даже чистый, казалось бы, хавбек В. Воронин выдвигался в нападение. Стрельцов же объединял это талантливое многообразие изумительным чувством комбинации, которая творилась прямо на глазах у восхищенных зрителей и растерянных соперников. Конечно, его иногда не понимали партнёры: всё же Михайлов и Щербаков, при всём к ним уважении, — не мастера калибра лучшего бомбардира чемпионата мира-62 Валентина Иванова. Но достигнутое не в этом. А. В. Башашкин, анализируя игру с тбилисцами (прошлогодними, напомню, триумфаторами), отмечал, что автозаводцы действовали «просто и рационально», а получалось у них «всё как-то легко». Так, на мой взгляд, функционирует живой организм — не машина. И вовремя возвращённый в хорошую команду Стрельцов добавил естественности и одновременно непредсказуемости в действия одноклубников.
Ведь он так хотел играть! И вот можно обыграть, отпасовать, задумать, осуществить, перехитрить — и не мысленно, а в конкретном поединке, здесь и сейчас. А что до его собственных голов... Да бог с ними. Придут, куда денутся.
10 июля, в 12-м туре, случится сразу дубль в выигранном поединке с минским «Динамо»: он положит и 50-й, и 51-й мячи в ворота противника. Потому как освоился, продышался, успокоился, подлечился. И пошла работа: лиха беда начало!
Вот как А. Р. Галинский описывал гол донецкому «Шахтёру», забитый в Москве 15 сентября: «Публика награждала аплодисментами энергично игравших горняков, но подлинная овация возникла на трибунах около 40-й минуты, когда центрфорвард Стрельцов, чрезвычайно технично осадивший мяч, подал его себе же на выход вперёд и ринулся по прямой к воротам... Обойдя на большой скорости защитников благодаря обманной игре телом, Стрельцов вышел один на один с вратарём “Шахтёра” Коротких и, не останавливаясь, пробил сильно и точно».
Кроме фирменного гола Эдуард Анатольевич порадовал земляков (которых, к сожалению, собралось всего 28 тысяч) и иными изысками: «На 56-й минуте Стрельцов дал возможность забить гол Михайлову, но тот замешкался, на 65-й минуте вывел на ворота Иванова, но Коротких принял мяч. Впрочем, Иванов мог пробить и более коварно».
Вознёс он, словом, болельщиков в те небеса, с которых так неохота опускаться на бренную землю. И, возможно, в тот раз и стало ясно: он вернулся. По-настоящему!
Следующий матч в Киеве это мнение успешно закрепил. Нужно уяснить: это была игра лучших на тот период советских команд. Украинских динамовцев тренировал хорошо нам знакомый В. А. Маслов, поднявший за последующие три года футбол братской республики до того уровня, которого он заслуживал, если брать таланты и возможности. Про «Торпедо» же и так много сказано.
В 65-м году два коллектива сошлись в многообразном противостоянии, включавшем и собственно футбольное мастерство, и психологическую устойчивость, и способность к творческому осмыслению текущего процесса. Так как тогда надо было меняться чуть не в каждом матче: отечественные наставники с удивительной ловкостью обращались с различными «схемами», меняя и модернизируя их. В принципе, В. А. Маслов превосходил здесь В. С. Марьенко. Однако у Виктора Семёновича был Стрельцов, а у Виктора Александровича — нет.