— Я — твоя личная жизнь! — в отчаянии ударив себя кулаком в грудь, проорал писатель. — Мы же команда и нуждаемся друг в друге!
— Вот еще! — фыркнула Муза. — Ты во мне — да, нуждаешься! А я всегда и везде могу найти себе законопослушного шизофреника! Вот ты, что ты можешь мне дать?
— Ощущение значимости! — выпалил писатель, и на его лбу выступил пот. — Ведь благодаря тебе рождается история! Создаются целые миры! Ты богиня, понимаешь? Моя великолепная богиня!
— И такая бесподобная, восхитительная и прекрасная служит какому-то неудачнику! — топнула ногой Муза. — Раз я такая замечательная, почему ты меня не уважаешь? Ноешь, дергаешь, жалуешься... Взаперти держишь!
— Может, это как раз потому, что ты считаешь меня неудачником? — поникнув, сказал писатель и плюхнулся в кресло. — Наверное, ты права. Не мое это — создавать... Не выходит у меня.
— Еще как выходит! — горячо возразила Муза. — Я с трудом сдержала слезы, когда читала твой текст. Это было так сильно, так пронзительно... Словно тысяча чаек оплакивали погибшего моряка...
— Тогда почему ты уходишь? — Писатель непонимающе посмотрел на Музу. Она пожала плечами и снова запрыгнула на подоконник.
— Потому что мне хочется летать, смотреть на мир, чувствовать себя свободной. Только когда ты не будешь держать меня прикованной к ножке своего стола, я смогу дать тебе вдохновение.
— Но ты ведь вернешься? — с надеждой спросил писатель. — Мне всего одну главу осталось написать... Задержись, прошу тебя! Отправишься в свое путешествие чуть позже!
— Ну и эгоист же ты! Я тебе все силы, всю свою молодость и энергию.... — Муза едва не заплакала.
— Ладно-ладно! — замахал руками писатель, который, как большинство мужчин, боялся женских слез. — Лети! Наслаждайся путешествием! Я как-нибудь сам, буду в одиночестве рвать жилы своей души...
— Ты справишься! — Муза тут же повеселела. — Помни: я в тебя верю!
— Я ждать тебя буду! — смахивая слезу, сказал расчувствовавшийся писатель.
— Вот еще! Садись и пиши! Вернусь — проверю! — строго сказала Муза и порхнула с подоконника.
I’ll be back, — прозвенело в голове у писателя. I’ll be back... — обрело мотив и превратилось в музыку.
Собрав остатки сил и сделав глубокий вдох, он сел за стол и открыл файл с книгой. Пальцы бешено забегали по клавиатуре, торопясь записать увиденные в воображении миры.
ЛУЧШИЙ ДРУГ
Третьеклассник Коля пришел домой в расстроенных чувствах. Он бросил в угол ранец с книжками и, сопя, стал снимать ботинки. Фингал под глазом горел огнем, и показаться с таким украшением на глаза родителям было страшно. Ведь если узнают, что он ввязался в драку, сильно огорчатся.
Из кухни вышла мама.
— Сынок, кто тебя так? — взволновано спросила она.
У Коли сжалось сердце.
— С ребятами из класса подрался. Они дразнили Илюху, орали, ну я и не выдержал...
— Иди помой руки, садись за стол и расскажи, что произошло, — как можно мягче сказала мама.
Коля послушно кивнул и отправился в ванну. Он тщательно намылил сперва руки, потом лицо и даже губы, в глубине души надеясь, что это поможет смыть хотя бы часть того негодования, которое клокотало у него внутри. Смыв пену и вытершись полотенцем, он почувствовал себя немного лучше. На кухне мальчик поздоровался с отцом, который заскочил домой пообедать, и сел на свое место у окна.
— Мать сказала, что ты влез в драку. Поведай нам о своих подвигах Айвенго, — сурово сказал отец.
Его и без того красные щеки, стали еще багровее, а короткие волосы встали дыбом. Он был вспыльчивым человеком: мог и наорать, и подзатыльник дать, но в присутствии жены всегда старался сдерживаться. Несмотря на крутой характер, Коля очень любил отца.
— Илюха тяжело заболел. У него туберкулез, а ребята, которые раньше, когда он был заводилой и отличником, вились вокруг него и называли лучшим другом, отвернулись от него. Шарахаются, как от чумного. Орут: «Вон, смертник пошел». Его никто не навещает и даже не звонит. А он остался прежним, все тем же Илюхой! Разве настоящие друзья могут себя так вести? — взволнованно проговорил Коля и заметил, как родители тревожно переглянулись.
— Нет, конечно, нет, — горячо возразила мама, искоса глядя на отца. — Но туберкулез — это очень страшная болезнь. Она разрушает легкие. От нее можно умереть.