То, что я способна делать подобные щиты, уже само по себе невероятно, но вот как-то так. Я ценная свиноматка, и поэтому меня невозможно найти. Если кто-нибудь узнает, кто я такая, меня отправят в загон для разведения и заставят рожать как можно больше таких же щенков, как я.
Это причина, по которой я пряталась от своих суженых всю свою сознательную жизнь. Обычно твои пары принадлежат к тому же или похожему ордену, что и ты. Тот факт, что у меня пятеро из разных орденов, нонсенс.
Я возвращаюсь в форму орла и запрыгиваю на дерево, чтобы перевести дыхание. Я вымотана. Теперь, когда мой желудок полон до краев, мое тело говорит мне, что пора спать. Сонливость преследует мой разум, и я раскачиваюсь на месте неопреленное время, размышляя, не стоит ли мне сдаться и просто немного вздремнуть здесь, на теплом солнышке.
Это кажется действительно отличной идеей. Если я захочу добраться до следующего штата, перелет займет несколько часов. Но, если я права и вторжение в роскошный магазин было их рук дело, мне нужно быстро установить некоторую дистанцию между нами. Никто из них не умеет летать, так что здесь у меня преимущество.
Ну, Ксандер — дракон, но им разрешено летать только в специально отведенных местах. И поскольку эти психи тоже в бегах, они, конечно же, не станут рисковать и отправлять его большое тело в полет.
Мои глаза закрываются, когда я устраиваюсь на толстой ветке эвкалипта. Здесь восхитительно тепло, и от усталости мои глаза закрываются.
И только в последнюю секунду я понимаю, что кувыркаюсь в воздухе и с тошнотворным стуком падаю на землю.
Застонав, я переворачиваю свое птичье тело и ложусь на бок, чувствуя легкую жалость к себе. Но мой желудок полон, так что особых жалоб нет.
В конце концов, я поднимаюсь на лапы, но именно тогда слышу хруст тяжелых ботинок по лесной подстилке… и хриплый мужской голос, поющий что-то похожее на детскую песенку.
Глава 2
Дикарь
— Подержи моего цыпленка.
— Петуха, — поправляет Ксандер, забирая у меня черную птицу.
Я хмуро смотрю на своего брата по стае, потому что он может взять свое образование, полученное в частной школе, и засунуть в свою большую драконью задницу.
— Его зовут Юджин, — огрызаюсь я. Похлопав упомянутого цыпленка по красному гребешку на голове, я поворачиваюсь обратно к дрожащей кассирше «Опалового пера». При виде нас эти людишки всегда мочатся в штаны от страха. Заходят как-то в роскошный магазин дракон, волк и акула и, что ж… сдаётся мне, все знают, что будет дальше.
А возможно всё дело в крови, которая до сих пор пачкает мои зубы и голый торс. Видите ли, на охоте я останавливаюсь только пообедать. Обедом сегодня были два охранника-птички, которые сейчас лежат на полу магазина позади меня.
— Человеческая женщина, — показываю я на кассиршу. — Выметайся. У твоего босса неприятности.
Когда блондинка с темным искусственным загаром и в короткой-короткой юбке хватает свой телефон и бежит звонить в полицию, Ксандер снова усмехается.
— Говорит так, словно он в данный момент не человек.
Коса, мой брат по крови, ничего на это не отвечает и проходит мимо меня в заднюю часть магазина, отряхивая плечо своей накрахмаленной черной дизайнерской рубашки. У Косы свои причуды, а у меня свои.
Но Ксандер ошибается. Я уже очень давно не «человек».
Мы оба следуем за Косой мимо примерочных и проходим через занавеску в кладовке. Там есть узкая лестница, ведущая в тускло освещенный подвал.
Я ворчу на Косу, и он молча придерживает занавеску, позволяя мне сделать то, что я хочу. Проходя мимо него с ухмылкой, я напеваю веселую мелодию, преувеличенно громко топая вниз по лестнице.
— Птички, птички… Волк пришел играть.
Внизу начинают скрипеть стулья, когда обитатели подвала вскакивают на ноги. Кто-то издает крик как раз в тот момент, когда я перепрыгиваю через перила и приземляюсь в комнате, размахивая руками.
— За круглым столом птичек пять, вот-вот начнут страдать!
Пятеро самцов-орлов в человеческом обличье, в возрасте от тридцати до пятидесяти лет, стоят вокруг стола, заваленного документами официального вида, с восковыми печатями и прочей ерундой.
— Кем, твою мать, ты себя возомнил? — кричит один из них, помоложе. Его рука лезет в карман, но я в мгновение ока оказываюсь рядом с ним, перепрыгивая через стол прямо к его горлу. Хватаю его за хрустящие от геля волосы и впиваюсь зубами в глотку ровно настолько, чтобы пустить кровь.