Я встаю с кровати, протирая глаза.
— Я сделаю это сейчас. Я соберу свои вещи и скажу Терезе, что для нас безопаснее…
— Лия! — кричит Минни, вскидывая руки в воздух.
Я смотрю на нее.
Ее лицо розовеет, когда она говорит:
— Хочешь знать правду, Лия? Это было самое захватывающее, что со мной случалось за последнее время. Дружить с тобой — это… нечто.
Я недоверчиво смотрю на нее.
— Извини, прозвучало как-то неправильно, — она краснеет, смахивает слезу, и впервые на ее запястьях не звенят браслеты. Они сорвались с ее рук в момент трансформации. Теперь я чувствую себя еще хуже. Но она продолжает: — Я знаю, они причинили тебе боль. Прости. Я просто имела в виду, что я… вроде как чувствовала себя живой, понимаешь?
У меня отвисает челюсть, потому что я меньше всего ожидала, что Минни окажется адреналиновой наркоманкой.
— Какого черта, Мин! Я думала, что это я чокнутая, а оказывается и ты тоже!
Взгляд Минни пристальный.
— Дело вот в чем, Лия. Я слышала, что они сказали. Я также видела, как Коса поворачивал твою голову, чтобы посмотреть на твою шею.
Мое сердце замирает в груди, когда она делает глубокий вдох, как будто забивает последний гвоздь в мой гроб.
— И они все пялились на тебя… — она делает глубокий вдох. — Как будто ты была их парой.
Ее слова звучат уверенно, взгляд наблюдательный.
Я смотрю на нее, мое лицо, без сомнения, выражает смятение, и тут же снова закрываю лицо руками.
— Никто не должен знать об этом.
— О, Лия. — Голос Минни хриплый от ее собственных эмоций, когда кровать рядом со мной прогибается, и она прижимается ко мне всем телом. — Срань господня. Я тебя не виню. Это… Это…
Она даже не знает, что сказать. Черт возьми, даже я не знаю, что сказать.
— Никто не должен знать об этом, — повторяю я, потому что в голове у меня беспорядок. Она слишком много видела. Слишком много знает.
— В таком месте трудно что-то скрыть, — говорит она мягко, как будто пытается успокоить испуганное животное. — Я начала подозревать, когда почувствовала запах Дикаря на тебе и в комнате. Его запах сильный. У них у всех сильный запах, потому что они такие мощные, полагаю. Но что, черт возьми, произошло? Я честно пыталась смириться с тем фактом, что ты уходишь… и теперь они нападают на тебя? Они твои суженые. Какого хрена!
— Пожалуйста, перестань говорить это вслух, — шепчу я, прижимаясь к ней и, наконец, глядя ей в лицо. — Ты не можешь никому рассказать, Мин. И я имею в виду действительно никому.
Она смотрит на меня с широко распахнутыми глазами, словно видит меня впервые. Я снова чувствую себя тринадцатилетней, когда моя няня Розалина поняла, кто я. Что меня нужно держать отдельно. И в секрете.
— Пожалуйста, Мин, — шепчу я. — Пожалуйста, никому не говори.
Я вижу серьезное выражение ее лица и понимаю, что она осознает увиденное сегодня и то, как это отличает меня. Что-то во мне немного успокаивается. Мой ужас утихает, когда Минни медленно кивает, словно тщательно обдумывая все.
— Черт, Лия, — шепчет она. — Я полностью понимаю, почему тебе нужно было убегать все это время.
— Мне жаль, что я втянула тебя, Мин. Мне правда жаль.
Но она качает головой.
— Честно говоря, я думаю, что я лучше всего подхожу для этой работы.
Я смотрю на нее с недоверием, но она кивает, как будто убеждена.
— Ты расскажешь мне все. Это цена моего прощения. Я хочу подойти к нашей дружбе полностью подготовленной, — она взмахивает ладонью в воздухе. — У тебя есть большой гребаный секрет, и я хочу знать о нем все. Думаю, сейчас у меня есть на это право, не так ли? Раньше ты не позволяла мне помогать, и это ни к чему нас не привело.
Я прокручиваю события в голове, обдумывая ее слова и последствия, если я расскажу ей все. Но больше всего меня поражает то, как Минни перекинулась в свою тигриную форму и напала на Дикаря, волка с большим боевым опытом и безжалостностью, равной которой нет ни у кого в этой Академии…
— Мин, — медленно произношу я. — Ты буквально превратилась в тигрицу и напала на Дикаря, чтобы защитить меня. Зачем ты это сделала?
— Ты мне нравишься, Лия, — пожимает она плечами. — И это была опасная ситуация. Думаю, тебе пришлось нелегко в жизни, и, судя по тому, что ты мне рассказала, до сих пор приходится. Я хочу помочь.
Слезы снова льются, когда Минни тянет меня обратно на кровать.
— Я возьму пакетик карамельного попкорна, который прислала мне тетя, и ты начнешь с самого начала.