— Убирайся, — говорит он голосом, не терпящим возражения. — Сеанс окончен.
Я уставилась на него, потому что он только что отмахнулся от меня, как…
— Убирайся. Вон. — В его голосе слышится смертельная нота доминирования, и моя анима заставляет меня вскочить со своего места и, спотыкаясь, направиться к двери, словно от этого зависит наша жизнь.
Распахнув дверь, я проскакиваю мимо Джорджии и охранников и нажимаю кнопку вызова лифта. К счастью, она открывается с мягким свистом, и я вваливаюсь внутрь. Только когда входят охранники и закрывается дверь, я хватаюсь за Генри и делаю полный вдох.
Один из охранников фыркает при виде меня и с усмешкой говорит своему напарнику:
— Не просто так его называют Сокрушителем Зверей.
Что, черт возьми, только что произошло?
Глава 31
Аурелия
Охранники отводят меня прямо в общежитие.
Нас с Генри трясет всю дорогу. Может быть, это нормально. Может быть, таким и должен быть заместитель директора этой школы. Насилие, скрытое за итальянским костюмом.
Это одновременно шокирует и вполне логично. Слабый зверь не смог бы управлять таким местом. И зверь, который обладает подобной властью и высокомерием, иногда будет это демонстрировать.
Когда я возвращаюсь в свое общежитие, я с удивлением обнаруживаю, что Тереза и Минни ждут меня, болтая о чем-то своем, но я не слушаю.
Минни хлопает меня по руке перед тем, как охранники уводят ее на личную встречу с Лайлом, и я не успеваю предупредить ее, чтобы она была осторожна.
Почему-то мне кажется, что он не будет разговаривать с Минни в том же тоне, в каком разговаривал со мной. Она не будет вести себя вызывающе, не будет его дразнить.
— С тобой все в порядке, Лия?
Я встряхиваюсь, потому что понимаю, что Тереза уже второй раз задает этот вопрос.
— Извини, Тереза. Да, со мной все будет в порядке.
Генри все еще лежит у меня на груди, его щеки надулись, словно он хочет зареветь.
— Все в порядке, Генри, — бормочу я, прижимая его к своей щеке. — Угроза миновала. Мы в порядке. У нас все хорошо. С нами все будет хорошо.
Я с трудом в это верю, но нельзя вот так вываливать на малышей правду.
— Итак, мне нужно, чтобы ты села, — тихо говорит Тереза, указывая на мою кровать.
Я сразу начинаю волноваться. Как только я сажусь, Тереза садится на кровать Минни, так что мы оказываемся напротив друг друга, как на встрече.
— Дикарь, Коса и Ксандер будут заперты на семь дней, и их выпустят в следующий понедельник, — я судорожно втягиваю воздух. Будет ли у них такой же суд, как у меня? — А потом они будут выпущены обратно в общий блок.
У меня сводит живот.
— Это невозможно, — шепчу я. Где-то под моей кожей анима ликует от радости, потому что наши суженые вернутся к нам. Но какого хрена? — Тереза, они буквально пытались похитить меня.
— Мистер Пардалия во всем разобрался, и, похоже, вышло небольшое недоразумение.
Я смотрю на нее в недоумении, потому что то, что я увидела в том кровавом договоре, не было недоразумением.
— Ты не обсуждала это с ним? — хмурится Тереза.
Нет, мне приказали выметаться из его кабинета раньше, чем успели что-то объяснить.
— Черт. — Я хватаюсь за живот, потому что мои внутренности хотят вырваться через горло, и ведут себя очень настойчиво.
— Семь дней — долгий срок, Лия, — успокаивает меня Тереза. — На них будут обсидиановые кандалы. Они не смогут использовать свои способности, и их будут усиленно охранять.
Ха! Под стражей своих собственных сотрудников!
— Это место — просто насмешка. Вся система сфальсифицирована.
Тереза морщится.
— Лия, через четыре недели у тебя суд, верно? Я думаю, тебе нужно приложить к этому все свои усилия. Я серьезно. Судебный процесс по делу об убийстве — это не шутка.
Как будто я этого не знаю.
— У меня нет адвоката.
— Тебе назначат одного. И я предлагаю тебе пойти в библиотеку и посмотреть, чего следует ожидать. У нас есть немало юридических ресурсов, которыми ты можешь воспользоваться.
— И у меня есть Минни. Она хороший исследователь.
— И у тебя есть Минни, — с улыбкой подтверждает Тереза. — И Генри.
Мой хороший маленький нимпин щебечет в знак согласия.
Она спрашивает, есть ли у меня все необходимое, потому что с сегодняшнего вечера начинается ежемесячный карантин. Я прочитала о нем в папке Минни.
Раз в месяц у связанных самок происходит овуляция и начинается течка. Находясь в непосредственной близости 24/7, большинство самок в Академии синхронизируют свои менструальные циклы. Для брачных групп это нормально, они все равно живут вместе в общежитии и могут тупо трахать друг друга, пока все не закончится. Но феромоны делают остальных из нас — особенно анимусов — буйными, и отношения между неспаренными зверями могут выйти из-под контроля. В ночь течки, а также в дни до и после нее школа закрывается на три дня. Если у нас по утрам занятия, мы записываемся на них онлайн и остаемся в своих комнатах. Общежития буквально запираются стальными дверями, через которые ничто не может проникнуть, и на такие ночи у нас есть еда для микроволновки.