— Даже не знаю… это для тебя комплимент или…
— Проклятие, - усмехнулась я, продолжая за него.
Парень лишь коротко выдохнул, задумчиво глядя на меня.
— Я тут подумал… как ещё загладить свою вину, - его голос звучал неуверенно, но в глазах мелькнуло что-то озорное. — Да, возможно, это не совсем то, что ты желаешь, но…
Я приподняла бровь, отложила прибор на поднос и медленно перевела на него взгляд, молча наблюдая за его действиями. Парень облизнул губы, будто обдумывая слова, затем наклонился чуть ближе, в уголках губ заиграла лёгкая ухмылка.
— Если ты позволишь, конечно… - он наклонил голову, пристально изучая мою реакцию, затем усмехнулся. — Мой язык, в отличие от члена, всё ещё может двигаться.
— Как я могла забыть, - фыркнула я, не сдержав смешка, и поставила локоть на колено, подпирая подбородок ладонью. — Сам додумался или всё же хозяйка велела во что бы то ни стало отработать?
Он качнул головой, уголки губ дрогнули в улыбке, но в глазах мелькнуло что-то похожее на смущение. Будто его задела моя насмешка, но он не мог себе позволить показать это.
— Мда… - он протянул слово, словно взвешивая, стоит ли быть честным. Потом усмехнулся и наклонился чуть ближе. — Она… подтолкнула к мысли.
Его голос был мягким, чуть хрипловатым, будто ещё не до конца оправился от того, что произошло. Или от того, что не произошло.
Я смотрела на него, не моргая, отслеживая каждую мелочь в его выражении — как он чуть поджал губы, как машинально сжал пальцы на ткани брюк, словно пытался спрятать свою неловкость.
Он был хорош. Чертовски хорош. Красивый, с точеными чертами лица и идеальным телом, которое будто создано для искушения. Послушный, внимательный, умелый – он знал, как доставлять удовольствие, и делал это с легкостью, будто считывая желания до того, как они оформились в сознании.
Но даже его искусные прикосновения не зажигали во мне того огня, которого я жаждала. Он был восхитителен, безупречен, но не мой. И все же… возможность испытать хотя бы каплю наслаждения, сбросить груз напряжения, скопившегося за долгое время, – почему бы не воспользоваться ею?
Я позволила себе закрыть глаза, сосредоточиться на ощущениях. Пусть он не тот, кого я хочу, но его руки уверенно скользят по моему телу, его губы оставляют горячие следы на коже, а дыхание, прерывистое и чувственное, заставляет мышцы слегка дрожать в предвкушении. Сейчас позволю себе просто чувствовать.
Я прикусила губу, выравниваясь, давая ему понять, что не собираюсь сопротивляться. В груди сладко дрогнуло от предвкушения. Пальцы нащупали пояс халата, и я медленно потянула за шёлковую ленту, развязывая её с ленивой небрежностью. Ткань слегка разошлась, открывая горячую линию кожи, и я почувствовала, как по телу пробежала лёгкая дрожь.
Он не заставил себя ждать. Встал, приблизился — уверенно, но без спешки, будто растягивая этот миг. Затем плавно опустился передо мной на колени.
Тёплые ладони легли на мои бёдра, чуть раздвигая их. Движения медленные, почти осторожные, будто он смаковал каждое прикосновение. Пальцы скользнули к краям халата, медленно раздвигая тонкую ткань, обнажая меня ещё больше.
Затем его пальцы двинулись вверх. Кончиками прошлись по ложбинке между грудей, едва касаясь, словно рисуя на коже невидимые узоры. Коснулись ключиц, потом снова скользнули вниз, очерчивая каждую линию моего тела.
— Ты и правда красивая… очень… - прошептал он, и в его голосе прозвучало что-то глубокое, тёмное, почти благоговейное.
Его хватка на моих бёдрах стала крепче, пальцы впивались в кожу с приятной настойчивостью. Одним уверенным движением он потянул меня ближе к краю кровати. Я почувствовала, как прохладный воздух обнажил кожу, прежде чем его горячие губы коснулись моего живота.
Он двигался медленно, смакуя каждый поцелуй спускаясь всё ниже. Лёгкое покалывание пробежало по позвоночнику, мышцы напряглись в предвкушении. Я тяжело выдохнула, запрокидывая голову назад, позволяя себе полностью раствориться в этом моменте.
Но расслабиться не удавалось. Напряжение сидело внутри, пружиной скручивая мысли в тугой клубок. Я зажмурила глаза, пытаясь отключиться, сосредоточиться на ощущениях, отдаться им без остатка.
И тут же он всплыл в голове.
Чёртов демон.
Его прикосновения. Его жар.
Я почти ощущала, как горячие пальцы скользят по коже, оставляя за собой огненные следы. Голос, глубокий, завораживающий, прошёлся эхом по сознанию, затмевая реальность.
Первое прикосновение языка вызвало во мне глухой стон, сорвавшийся с губ прежде, чем я успела сдержаться. Тёплая, влажная ласка была мучительно медленной, изучающей, пробирающейся в самые глубины ощущений.