Я приподнялась выше, не оставляя между нами ни малейшего расстояния, и прижалась к нему, позволяя тёплой воде стекать с моего тела, пропитывая его одежду. Тонкая ткань рубашки моментально намокла, становясь почти прозрачной, и я заметила, как напряглись мышцы на его груди.
Поцелуй углубился, стал медленнее, но от этого только жарче. Я чувствовала, как он поддаётся мне, как его пальцы, сперва лёгкие и нерешительные, становятся более требовательными, сжимая мои бёдра. Его дыхание стало неровным, горячие выдохи обжигали кожу, а ладони скользнули выше, едва касаясь, будто пробуя, позволяю ли я.
Я отстранилась, но не спешила отпускать его. В полумраке комнаты золотистый свет мягко подсвечивал его лицо. Губы распухли, чуть приоткрытые от сбившегося дыхания, а в глазах вспыхнул не только интерес, но и настоящее желание. Его взгляд скользнул по моему телу, и я усмехнулась, чувствуя, как под мокрой тканью брюк уже чётко выделяется напряжённый член.
Провела ладонью по его груди, ощущая, как бешено колотится сердце под пальцами, а затем чуть ниже, к поясу.
— Раздевайся, - мой голос прозвучал низко и властно, разрезая тишину, пропитанную паром и сладковатым ароматом роз.
Он не ответил, лишь быстро встал и направился к кровати, будто спешил скрыть своё состояние. Я не сводила с него взгляда, замечая, как дрожат его пальцы, когда он расстёгивает пуговицы и стягивает промокшую рубашку. Мокрая ткань слиплась с кожей, и когда он сорвал её, капли воды скатились по его груди, теряясь в изгибах рельефных мышц.
Я медленно переступила через край ванны, чувствуя, как капли соскальзывают с моего тела на холодный пол. Пар убегал с кожи, оставляя её горячей, чувствительной.
Подойдя ближе, я не удержалась и провела пальцем по его груди, следя за тем, как его дыхание стало ещё прерывистее. Он замер, мышцы под моей рукой напряглись, но он не отстранился. Уже хорошо, что не кончил от одного поцелуя. Хотя подозреваю, что он просто держиться изо всех сил.
Он отступил назад, приближаясь к кровати, и слегка оступился, потеряв равновесие, но тут же выровнялся. Неловкая улыбка промелькнула на его лице, прежде чем он опустился на край постели. Однако задерживаться в этой позиции он не собирался — сильные руки уверенно скользнули по моим бёдрам, притягивая ближе.
— Признаюсь… - его голос стал чуть ниже, обволакивающим, тёплым, — всё неожиданно даже для меня.
Губы легко коснулись моей влажной кожи, оставляя за собой лёгкие, едва ощутимые прикосновения.
— Разные у меня были клиентки… - он провёл ладонями по моим ногам, мягко обхватывая талию, — но ты… другая…
Его горячее дыхание коснулось моего живота, и от этого по телу пробежала едва уловимая дрожь. Я не ответила, лишь толкнула его сильнее, заставляя лечь, и уселась сверху. Сквозь тонкую ткань его брюк ощущался твердый, напряжённый член, и я невольно потерлась о него, испытывая мимолётное удовольствие. Но что-то было не так.
Он красивый. Его тело — точёное, сильное, а прикосновения осторожны, соблюдают границы. Всё вроде бы правильно, но... внутри нарастало странное беспокойство. Чего-то не хватало. Какой-то искры.
Я на миг отвлеклась, и в этот момент его руки мягко скользнули мне на спину, вызывая мгновенный, почти панический отклик. В одно движение я схватила его запястья и прижала к постели, впиваясь в него взглядом.
— Не касайся спины, - процедила сквозь зубы, чувствуя, как внутри всё скручивается в жёсткий узел.
Парень удивлённо моргнул, его грудь быстро вздымалась от сбившегося дыхания. Но он не стал спорить, просто кивнул, подчиняясь. Я расстегнула его штаны, пальцами провела по напряжённому, пульсирующему члену, чувствуя, как он дёрнулся от прикосновения. С его губ сорвался сдавленный, почти отчаянный стон, заставляя меня усмехнуться.
Я попыталась отвлечься, сосредоточиться на ощущениях, наклонилась, касаясь губами горячей кожи на его груди. Мой язык скользнул по ямочке между ключицами, а бёдра сами двинулись в плавном, неспешном движении. Парень вздрогнул всем телом, его руки резко сжались на моих бёдрах, словно он боролся сам с собой.
— Послушай… подожди… - выдохнул он быстро, голос дрогнул, в нём звучала паника.
Я замерла, подняла голову и взглянула ему в лицо. Его глаза метались, губы приоткрыты, словно он хотел что-то сказать, но не находил слов.
Выровнялась, чуть приподнялась и вновь двинулась, наслаждаясь ощущением контроля. Ему нравилось — я чувствовала это по тому, как напряглись его мышцы, как с его губ сорвался сдавленный стон, дрожащий и прерывистый.
А затем — та же самая реакция.