- Что снится моей Детке? – шепчет на ухо, заворачивая ее в одеяло.
- Темно, - сдается она. – Слишком темно.
- Темно говоришь?
Она еще не знает, что он сделает, но страх расползается под кожей сотнею змей.
Огонь вспыхивает прямо перед ее лицом. Не живой, а мертвый. В нем вместо языков пламени мечутся лица, искаженные страданием и злостью. Закричав, она бьется в его крепкой хватке, пытаясь сбежать от него, к нему, хоть куда-нибудь.
Он смеется. Огонь впитывается в его ладонь, медленно угасает в венах, в последний раз вспыхивает искрами на коже, и от ужасного зрелища голос садится к сорванному хриплому шепоту. Демон. Он – демон. Сердце едва бьется.
- Все-все. Тихо. Иди сюда, Крошка. Твой главный Монстр спит на соседней подушке. Никаких кошмаров. Запомнила? Спи спокойно.
Он притягивает ее к себе, губами ласкает шею и плечи. Ему ведь нравится это. Нравится, когда она, обмирая, прижимается к нему, крепче и крепче…»
- Скарлет?
Она вздрогнула и быстро поднялась, стирая холодные слезы.
- Мира? Вы почему не спите?
- Так ведь светает скоро, - удивленно ответила женщина, разглядывая ее в сумраке слабо озаренном свечей. – А вы…
- Есть хочу, - оборвала ее Скарлет и обворожительно улыбнулась. – Вы ведь приготовите мне что-нибудь?
- Конечно! Я сейчас! Все сделаю! - Мира, подгоняемая воодушевлением, скрылась за дверью.
Проводив ее взглядом, Скарлет устало навалилась на стену и закрыла лицо руками. Когда это кончится? А в голове его смеющееся: «Никогда… Никогда, Детка…».
- Как там девушка? Согласилась?
Скарлет быстро спрятала половину творожника в горшечный цветок и не увидела, как напряглась отвернувшаяся женщина.
- А вы не встретились еще? – старалась сохранить беспечный тон Мира. - Арель вчера уже приступила к работе.
- Арель? Красивое имя. Нет, не видела ее. Но у вас все хорошо? Не тяжело? Может, еще людей нанять?
- Ну теперь в этом нет нужды. Арель ведь за троих справляется, - тонко намекнула Мира, тревожно замирая с тонкой фарфоровой чашкой в руках.
- Какого ценного работника вы мне привели.
Мира разочаровано выдохнула, Скарлет так и не поняла, а сказать прямо женщина не решилась.
Бледное солнце поднялось над землей, когда с тарелки исчезла вторая часть творожника. Скарлет с облегчением поднялась над столом.
- Ах, я вспомнила! – воскликнула Мира, заставив ее вздрогнуть. – Извините. Я о вашем демоне.
Скарлет, пошатнувшись, рухнула на стул. Про ее демона? Ее?
- Понимаете, он не ест.
- Не ест? – выдавила из себя Скарлет, слова резали горло, обжигали небо, не отпускали.
- Да. Я приносила ему еду. Не стоило? – спохватилась Мира.
- Нет. Стоило. Ты молодец. Я и не подумала об этом.
- Да, какой же молодец, если он не ест? – всплеснула руками Мирослава. - В глазах голод страшный, но ни еду, ни воду не трогает. Скарлет, вы бы сходили к нему, так ведь и совсем загнется. Гордый. А я, простите, больше не могу. Меня рядом с ним аж дрожь прочь гонит.
Скарлет болезненно улыбнулась.
- Найдите кого-нибудь, Мира. Я к нему не подойду.
- Но он ведь ваш! – если бы она только знала, сколько роковых дверей распахивает своими неосторожными словами… - Возможно, разрешения ждет? Позволения?
- Нет, Мира, - Скарлет рассмеялась, не чувствуя за болью ни веселья, ни радости. - Поверь мне, не этого он ждет. Не говори мне о нем. Ни слова. Ничего больше.
- Но как же это… - растерянно прошептала в пустоту женщина.
Метель
С глухим стуком кольцо соскользнуло с пальца на безразличный ко всему металл лабораторной столешницы. Скарлет медленно крутила роскошный перстень, что вдруг стал насмешкой. Почему она не отдала его Дэвиду? Почему оставила? Она должна бежать от него, не оглядываясь. Мир с демонами? А ведь он может этого добиться. С его связями, с его влиянием, с его упорством… Если, кто и может снова перевернуть мир, то только он.